– Вам можно только позавидовать!
– У вас руки не хуже, вы отлично стрижете…
– Знаете, я ведь пришла поговорить с вами о той рекламной карточке, которую ваш друг…
– Бренгар, Жан-Батист Бренгар по прозвищу Бренголо. Да, он использовал ее как закладку.
– Мой жених, капитан Альфонс Баллю из военного министерства, тоже носил с собой такую карточку. Он исчез неделю назад, и… Конечно, вряд ли такое возможно, но… я подумала… а вдруг ваш друг с ним подружился. Мне больше некуда обратиться.
Жан-Пьер Верберен поджал губы и с сомнением покачал головой.
– Вряд ли. Бренголо не из тех, кто захаживает в министерства. Я сказал, что он путешественник, но на самом деле он обычный бродяга. Живет одним днем и спит под открытым небом.
Вопреки его предположениям, Люси Гремий эта новость не обескуражила.
– Ну и что! Это все глупые предрассудки! Бывает и так, что люди из разных слоев общества сходятся…
– Пожалуй, у этих двоих есть нечто общее: Бренголо тоже бесследно пропал.
– Вот видите! А где он живет?
– Когда мы в последний раз виделись, он обитал в заброшенном доме недалеко от улицы Корвизар.
– Почему бы нам не пойти туда вместе?
– Прямо сейчас?!
– Может, завтра?.. Нет, лучше в воскресенье, у меня выходной. А сейчас знаете что? Я бы с удовольствием съела бутерброд с камамбером, я очень проголодалась!
Жан-Пьер засуетился, доставая тарелку, а Люси тайком за ним наблюдала. Ее умиляла его застенчивость, ей нравилось его выразительное лицо, коротко стриженные волосы, серебристым венчиком обрамлявшие макушку, добрые карие глаза с морщинками вокруг них. В конце концов, не такой уж он и старый. И Люси представила себе, как он вручает ей ключи от кукольного домика, покрашенного в яркие цвета, в точности как на странице брошюры, лежащей на столе. Жан-Пьер что-то говорил, но она, погрузившись в мечты, слушала его рассеянно.
– Это сборник «Песнь нищих». Бренголо имеет обыкновение избавляться от книг, как только их прочтет. Но эта была для него особенной, он ею дорожил… А вы читали Жана Ришпена?
– Не говорите мне, что не получали «Двух сфинксов» Абеля Эрмана[207], эта книга вышла еще в начале месяца!
– Сожалею, мадам де Салиньяк, но из двух экземпляров, что у нас были, оба уже проданы. Я закажу еще один специально для вас, только наберитесь терпения, – заверил ее Виктор.
Кэндзи тихонько улизнул, и, как нарочно, покупатели сплошным потоком потянулись в книжную лавку «Эльзевир». Матильда де Флавиньоль назначила здесь встречу Хельге Беккер, с которой собиралась отправиться на соревнования велосипедистов. Они все не уходили, и Виктор уже терял терпение, а тут появилась еще и графиня де Салиньяк со своими претензиями, а следом – какой-то любитель средневековых романов.
– Я недавно встретила мадам Легри: она была на велосипеде! Итак, она тоже не устояла перед «механическим волшебником», как называют его журналисты? – поинтересовалась Матильда де Флавиньоль.
– О да, я ее учу, – закивала фрейлейн Беккер, – и она очень одаренная ученица.
– Но костюм! Это же неприлично! – пробормотала графиня де Салиньяк. Она не скрывала своего презрения к юбке-брюкам, в которую наряжалась Хельга Беккер.
– Зато практично, – парировала та. – Хотя, не спорю, такая одежда больше подходит молодежи, чем нам. Кстати, я где-то читала, что самому юному велосипедисту Франции всего три года, он живет в Лиможе, а его отец – глава национального общества велосипедистов. Этот ребенок настоящее чудо! Он увлекается еще и греблей, и управляется с лодкой даже лучше, чем с велосипедом!
– Интересно, а ходить он при этом научился? – с иронией поинтересовался любитель средневековых текстов.
– Конечно! И я думаю, если он займется танцами, то несомненно освоит покоривший парижские салоны вальс-бостон, – выдохнула Матильда де Флавиньоль, желавшая выглядеть в глазах Виктора современной и просвещенной.
– А что вы думаете о фотографии, сделанной с помощью рентгеновских лучей, герр Легри? – спросила Хельга Беккер.
– Какой ужас! – воскликнула графиня. – Показывать то, что находится под кожей, еще более неприлично, чем открывать ноги! Нет, я решительно ненавижу прогресс!
Они с медиевистом обменялись возмущенными взглядами, но Хельга Беккер решительно возразила:
– Вы неправы! Благодаря Вильгельму Конраду Рентгену, моему соотечественнику из Вюрцбурга, открывшему такое излучение, медицина совершит гигантский скачок!
– Мсье Легри, ходят слухи, вы побывали на первом кинематографическом сеансе братьев Люмьер в подвале «Гран кафе». Это правда? – Матильда де Флавиньоль не оставляла попытки завязать с Виктором беседу. Если бы она только знала, что он готов стереть в порошок всех присутствующих, включая ее самое.
Спасение явилось в образе Жозефа. Едва закрыв за собой дверь, он победоносно замахал каким-то листком.
– Я выяснил, где она жила раньше, – в Тринадцатом округе!
Виктор пробежал бумагу глазами.
– Вы уверены? Речь идет о коммуне Мезон-Бланш.
