– Ну хорошо, большие маневры или скорое открытие «Триумфа республики» Далу[224]. Это ваша работа, старина, будьте изобретательны. О! Боже мой! Легри!
Не успел Виктор опомниться, как его затащили в офис, где сидела пухленькая секретарша, постукивая по клавиатуре печатной машинки.
– Элали! Ты все так же верна своей работе, – заметил он.
– Тем более что отныне это ее священная обязанность. В июне мы поженились, – заявил Антонен Клюзель, жестом собственника положив руку ей на плечо. – Радость моя, у нас больше нет секретов друг от друга, однако если тебе вдруг сию минуту захотелось полакомиться пирожным с кремом, я ничего не имею против.
– Можешь не волноваться, я ухожу, – проворчала Элали, хлопая дверью.
Антонен Клюзель закурил гаванскую сигару. Колечки дыма поднялись над письменным столом, из-под которого он быстренько достал бутылку кюрасао.
– Поднимем бокал за встречу, приятель! Это две мои маленькие слабости, – заметил он, показав на сигару и бокал. – Жаль только, врачи запрещают! Вот я и нарушаю предписания, пользуясь малейшим отсутствием своей очаровательной супруги.
– Мне кажется, вы в отличной форме.
– Ах, быть и казаться – разные вещи!.. Ну, и на какой след напал сыщик? Не хмурьтесь, ваше появление позволяет надеяться на интереснейшую историю с преступлениями и тайнами.
– Это верно! Я прочел номер «Пасс-парту» за 10 января, и мне хотелось бы узнать подробности этой истории с «Дакаром».
– С «Дакаром»? Покажите… Ах да, припоминаю! Дорогой мой, не верьте журналистам: они наживаются на читательской страсти к грязным историям. – Антонен Клюзель открыл окно. – Вот, скрываю следы преступления, не хочу, чтобы милая Элали читала мне нотации. Устраивайтесь в этом кресле, а то вы так суетитесь, что у меня от вас голова кружится.
– Даю руку на отсечение, вы что-то знаете!
– Не стоит играть с огнем, Легри. К тому же статья от десятого января – это устаревшие сведения, газетная хроника хороша только с пылу с жару. Никто, кроме вас, не собирает старые газеты.
– Ну же, Антонен, я ведь не требую невозможного.
– Опять темная история, Легри? Ну хорошо, сдаюсь. Даже если я ничего не расскажу, вы все равно до всего докопаетесь. Это лишь вопрос времени.
– Что это вы осторожничаете? Ведь я – сама сдержанность!
– А может, я еще сохранил остатки профессиональной этики!
– Из альтруизма?
– Из осторожности, дорогой мой, из осторожности. Вы должны обещать…
– Я обещаю.
– Вирус посчитал благоразумным не тревожить своих подписчиков, я замял дело под давлением военно-морских властей. Но вам я готов предоставить информацию. Какая жалость, с «Дакаром» у нас были бы такие тиражи…
Он приподнял стопку материалов и вытащил из-под нее папку. В папке лежали два листка, которые он и протянул Виктору.
– Читайте, это первая составленная мною версия.
– Сибирской язвы! – воскликнул Виктор.
– Это установлено, дорогой мой. Я сам говорил с этим врачом, и у него не было никаких сомнений.
– А для чего скрывать информацию? Ведь вы даже цензурой временами пренебрегаете!
