В конце мая Франсис Дублие должен был снять в Москве первый новостной фильм: коронацию Николая II, милостью Божией государя всея Руси. Через несколько дней после церемонии, по старому обычаю, народ собрался, чтобы получить полагающиеся по случаю подарки. Более полумиллиона человек – кто босиком и в лохмотьях, кто в национальных костюмах, разнообразие которых весьма велико в этой огромной стране, – собрались в Москве. Неразбериха и давка были неописуемыми – и все ради того, чтобы получить кружку с памятной надписью и сласти. Народные гуляния устроили за городом, на Ходынском поле. В немецкой газете «Берлинер тагеблатт» так была описана эта драма:
Франсис Дублие, один из первых журналистов, снимавших репортажи, рискуя собственной жизнью, во всех подробностях запечатлел трагедию. И хотя за это его бросили в тюрьму, проявленную пленку конфисковали, а камеру, которой он снимал, вернули только через полгода, он продолжил путешествие по России, останавливаясь в городах, куда уже было проведено электричество: Севастополе, Архангельске, Тифлисе… Он проявлял негативы в подвалах гостиниц и использовал водку, чтобы пленка поскорее высыхала.
Тем временем реклама компании «Норд-экспресс» заверяла, что еженедельный поезд со спальными вагонами может преодолеть расстояние от Парижа до Москвы за 48 часов.
22 июня в Японии в результате цунами погибли 27 тысяч человек, а город Камаиси был разрушен; 12 августа во время полета на своем планере в Берлине разбился аэронавт Отто Лилиенталь[263].
Вот уже два года капитан Альфред Дрейфус находился в ссылке на Чертовом острове. Выдвинутое против него обвинение в шпионаже уже не занимало умы, он был почти забыт. Матье Дрейфус пытался доказать невиновность брата, но никто не хотел его слушать. Матье Дрейфус обратился к английским детективам. В апреле он отправился в Лондон, в агентство, возглавляемое господином Куком. В июле Кук приехал в Париж и рассказал ему, что корреспондент «Дейли кроникл» во Франции Клиффорд Миллэдж убежден в невиновности Альфреда Дрейфуса и намерен опубликовать в британской и французской прессе информацию о плачевных условиях содержания осужденного.
Как привлечь внимание к человеку, которого история почти забыла? Распространяя о нем ложные слухи, полагал Клиффорд Миллэдж.
В начале сентября «Дейли кроникл» опубликовала материал со ссылкой на некую газету города Ньюпорта «Саус Уэльс Аргус». Матье Дрейфус рассказывал: «В заметке, автором которой был Клиффорд Миллэдж, речь шла о том, что капитан Дрейфус якобы бежал из ссылки и что эту новость сообщил ему капитан судна “Нон парей”. Я убежден, что ни указанная газета, ни капитан, ни его судно никогда не существовали в действительности».
Цель была достигнута, о деле Дрейфуса вновь заговорили. Дрюмон в «Либр пароль» и Анри Рошфор в «Энтранзижан» поносили тех, кто усмотрел в нем возможность юридической ошибки. 14 сентября в газете «Эклер» из-под пера журналиста-антисемита, желавшего изобличить Альфреда Дрейфуса, вышла информация о существовании секретного дела и даже часть его содержания, известная только судьям. Откуда у него эти сведения? От друзей полковника Пикара, выступавшего с требованием пересмотреть дело Дрейфуса. В газете был опубликован этот секретный документ, в котором содержалась фраза «Эта каналья Д.». 18 сентября Люси Дрейфус обратилась в палату депутатов с просьбой о пересмотре дела ее мужа и получила отказ. А в ноябре Бернар Лазар опубликовал брошюру «Юридическая ошибка. Правда о деле Дрейфуса».
«Правда», «дело» – теперь эти слова звучали все чаще…
В 1894 году венгерский журналист Теодор Герцль, корреспондент венской газеты «Neue Freie Presse», присутствовал при разжаловании Альфреда Дрейфуса. Он слышал, как толпа вопила: «Смерть евреям!». Даже в сердце Франции, государства свободы и прав человека, со стороны крайне правых и крайне левых поднимался этот вопль ненависти, столь знакомый современной Европе!
