Все кинулись к выходу и, толкаясь, выбежали на тенистую аллею. Взрывом их бросило на землю. Когда они поднялись на ноги, перед ними предстало ужасное зрелище: часть стены, отделяющей библиотеку от столовой, превратилась в груду почерневших кирпичей.
– Смотрите! – закричал Жозеф.
Они увидели троих мужчин, бегущих под проливным дождем по направлению к решетчатому забору с узкой дверцей. Собаки залились разноголосым лаем, и через мгновение двое мужчин появились снова, с трудом волоча за собой третьего. Когда они приблизились, Жозеф воскликнул:
– Кэндзи схватил месье Дюкудре. И… Симеон?! Что вы здесь делаете? И почему вы напали на Лазара?
– Значит, я не ошибся. Вот только действовал недостаточно быстро, – признал Виктор с горечью.
– Это ваш единственный промах, – заметил Кэндзи.
– Я тоже догадывался, но эти дамочки сбили меня с толку, – пробормотал Гюго.
– Кто-нибудь объяснит мне, наконец, что все это значит?! – взвизгнула Сюзанна.
Мадам Бонефон вздохнула и сделала всем знак следовать за ней. Она с облегчением увидела, что кухня не пострадала, и повела туда нестройную процессию.
Виктор старался держаться подальше от плиты, хотя на ней в данный момент, к счастью, ничего не варилось. Мадам Бонефон окинула всех взглядом и заявила:
– Садитесь, а я вызову полицию.
– Не торопитесь, сначала нам надо кое-что прояснить. Лучше приготовьте нам горячего шоколаду, – велел ей Гюго.
– И ему тоже?! – воскликнула славная женщина, указывая на Лазара, который сидел неподвижно, уставившись в одну точку.
– Да, и ему, он никуда не убежит.
Все остальные расселись на табуретах вокруг круглого столика на одной ножке.
– Скажите, как, черт возьми, вы догадались, куда мы направляемся? – обратился Виктор к Кэндзи.
– Мое присутствие объясняется не стечением обстоятельств и не даром предвидения. Меня встревожили некоторые наблюдения: вырезка из газеты с пометками, сделанными вашей рукой, блокнот Жозефа, который валялся на прилавке…
– Вы следили за мной! Я знал! Я чувствовал! – возмущенно вскричал Жожо.
Кэндзи не обратил на него внимания.
– А потом Таша подтвердила мои подозрения. Мы с ней посовещались и договорились действовать сообща. Сегодня утром, узнав, что вы направляетесь в Домон, она сразу же позвонила мне. Оставалось только проследить за Жозефом. Приехав сюда следом за вами, я заметил на подступах к замку этого субъекта, который возился с чем-то похожим на взрывное устройство, и забил тревогу.
– Таша… Я чувствовал, что она последнее время чем-то озабочена.
– Ну, не только же вам донимать ее своей подозрительностью. Могу ли я поинтересоваться, месье Дельма, на кого вы оставили наш магазин? – спросил Кэндзи.
– О, не беспокойтесь, мадам Пиньо обещала за ним приглядеть, – без тени смущения ответил тот.
– Кто вы такой на самом деле? Что означают ваш парик и фальшивый нос? – закричал Жозеф.
Симеон Дельма невозмутимо встретил его взгляд. Он ответил не сразу, размышляя, стоит ли раскрывать свою роль в этом деле. Тщеславие победило осторожность.
– На самом деле меня зовут Эрик Перошон, я племянник Донатьена Ванделя.
– Зачем же вы нанялись в наш магазин, месье Перошон?
Эрик только улыбнулся и многозначительно приложил палец к губам.
Сюзанна привстала и, гневно сверкнув глазами, указала на Лазара.
– Вы тратите время, препираясь с этим молокососом, в то время как вот он, вероломный Лазар, погубил почти всех наших друзей! Да мы и сами последовали бы за ними, если бы не помощь месье китайца, которого нам словно послало Провидение!
– Я японец, мадам, – поправил ее Кэндзи.
– Неважно, – отмахнулась она. – Это настоящий волк в овечьей шкуре! Только подумайте, он отравил двух бедолаг в фиакрах, потом Эвариста…
– Держу пари, он и свою жену отправил к праотцам! Душегуб! – присоединилась к подруге Ида.
Лазар Дюкудре никак не реагировал на обвинения, и это еще больше распаляло Иду и Сюзанну.
Напряженную атмосферу несколько разрядило лишь появление мадам Бонефон. Она принесла горячий шоколад и принялась разливать его в чашки, не скупясь на наставления.
– Сахар можете не добавлять, – бубнила она, – я его уже положила. И не жалейте сливок.
– Спасибо, мадам Бонефон, – сказал Гюго.
Славная женщина с отвращением протянула чашку Лазару Дюкудре:
– Пейте, раз уж хозяин так хочет. Пресвятая Дева! Мыслимо ли такое – загубить столько христиан!
Лазар с отсутствующим видом смотрел в пространство. Потом он прошептал:
– Вы ничего не сможете доказать.
