– Я опять испачкала тебя в краске, – замечаю я, осматривая его голый торс и шею. Видимо, в пылу страсти, на столе задела руками тюбики. Воспоминания снова будоражат мой ум. Так, Лена, остановись.
– Мне это опять понравилось, даже больше, чем в прошлый раз, – улыбается и смотрит на меня.
Я смеюсь и легонько толкаю его. Быстро встаю, поднимаю футболку и убегаю в ванную. Торопливо приняв душ, стараясь смыть с себя и краски, и его порочный запах, который будет мне теперь везде казаться. Выхожу в зал, Ржевский расселся на диване. С голым торсом, в краске и расстёгнутым ремнем. Хорошо, хоть, ширинку застегнул. Голову облокотил на спинку, но она слегка завалилась и его кадык сильно выпирал, руки в разные стороны. Бог. О мой Бог. Качаю головой. Какая уже разница, все равно упала уже на самое дно. Хотя бы запомню эту ночь на всю жизнь.
Подхожу к нему сзади, кладу руки на плечи и начинаю мягко массировать, обращаю внимание, что плечи ему расцарапала знатно. Ну и ладно. Заживет. Это не дыра в душе, размером со вселенную. Все боль. Все пыль. Зажмуриваюсь, чтобы отогнать от себя плохие рваные мысли. Макс тихо стонет от приятных прикосновений, я наклоняюсь к его уху.
– Хочу еще… – шепчу я, он сразу открывает глаза. Поворачивается ко мне, хватает за талию и перекидывает через спинку дивана, подминает под себя…
…Снова лежит на мне, и во мне. Целуемся. Так нежно и мило. Через некоторое время ласк мы принимаем по очереди душ и устраиваемся на диване. Спать, как ни странно, совсем не хочется. Сидим болтаем о том, о сем.
– Так сколько тебе лет? – о, решил перевести разговор из пустого в более серьезный.
– Тридцать пять, – не собираюсь скрывать, да зачем это нужно. Удивленный взгляд уставился на меня. – Что ты так смотришь на меня? Думал я одна из твоих фанаток- малолеток? – грубо, зато ставит на место.
– Нет. Просто ты выглядишь максимум на двадцать восемь. Неожиданно было услышать такую цифру.
– Какую, на фиг, цифру!? – делано оскорбляюсь, понимая, что он шутит. Толкаю его в плечо, – Если перепихнулись пару раз, это не значит, что обязательно надо общаться теперь. – Мы смеемся, Макс притягивает к себе и целует, крепко так. Не хочется, чтобы останавливался.
– А тебе лет двадцать небось? – подтруниваю, хотя про его возраст даже не задумывалась, а надо было бы брать во внимание.
– Двадцать пять. – отвечает и смотрит на меня с уже более серьезным видом.
Я молчу, а что тут скажешь? Ну, бывает?
– Максим, ты любил когда-нибудь? – вдруг спрашиваю я, внимательно смотрит на меня, я отворачиваюсь. Не знаю сама, зачем задала этот вопрос, но продолжаю, – Так, знаешь, что бы дух захватывало. Чтобы безрассудно отдаться в огонь страсти и сгореть там заживо, не думая о последствиях и будущем. Просто жить одним днем и кайфовать, не возвращаясь в бытие. Всепоглощающая, готовая разрушить целый мир. А потом, понимать, что ни осталось ничего. Только пыль и тлен. И дыра в груди, размером с галактику.
Уткнулась взглядом в свои руки, боюсь посмотреть на Ржевского, не могу найти объяснений почему, возможно не хочу услышать ответ «да».
– Нет.
– Вот и я нет. – поворачиваю к нему голову, мельком касаюсь серьезных, затуманенных голубых глаз. Гляжу на часы, позади него. 4.50.
– Скоро рассвет. – Максим взял мою руку и переплел пальцы.
– Ну так давай посмотрим, как восходит солнце.
– Ты встречал с кем-нибудь рассвет?
– Нет. – лжет, знаю, что лжет. Пусть лжет. Я тоже лгу. Все мы лжем.
Мы сидели на диване, а перед нами сквозь огромные панорамные окна загорался новый день. Меня ужасно клонило в сон, облокотившись на его плечо, сильно измотанная и уставшая, уснула.
Неделю назад.
Свидание.
Елена.
Выхожу из ванной, обернутая в одно полотенце, обращаю внимание на телефон, пришло сообщение. Так поздно мог написать только один человек. Миша. Смотрю в экран, читаю текст смс: «Вечером буду дома. Поговорим?». С меня стекают капли воды, вместе с ними блаженство от сегодняшнего вечера. Смс приводит в чувство, что пора все заканчивать. Слишком все быстро началось, надо все быстро и закончить. У нас нет будущего, много придумала. Нет смысла. Ищу глазами где разбросаны мои вещи, одеваюсь. С Максимом так легко, просто, нет напряжения, даже не знаешь, что ожидать от него, это заставляет дрейфовать и получать удовольствие от чувств. Но свалилась тяжесть бытия, и вся легкость была расплющена правдой.
Сижу на кровати, сжимая сотовый в руке, пытаюсь найти силы уйти.
– Что случилось? – Макс стоит в дверях, с подносом в руках. Поднимаю на него голову, не могу смотреть в глаза. Отвожу в сторону, ненавижу лгать. – Елена, что случилось? – более решительным тоном спрашивает Ржевский.
– Я…эм, мне надо домой, срочно, – встаю, беру сумку и мчусь к входной двери. Почти сразу идет следом за мной.
– Может я тебя подвезу?
– Спасибо, такси уже ждет, – смотрит на меня пронзительным взглядом, пытается понять в чем сплоховал. Нет, милый, это не твоя вина, это я круглая дура.
