– С Колином у нас все плохо. Мои дети ненавидят меня.
– Они не ненавидят, – быстро сказала Энди.
– Я их пугаю. Вчера подслушала, как играли близнецы. Они говорили куклам, чтобы те убирали свои комнаты и ели овощи, потому что сладкого не будет. – Дина опустила глаза и посмотрела на свой завтрак. – Я позволяю детям десерт только в определенные дни недели, а сама здесь ем вот это.
– Когда ты в последний раз так завтракала?
– Думаю, в девяностых.
– Тогда ладно.
Улыбка Дины мелькнула и погасла.
– Я слишком строга. Я это вижу, но измениться трудно. Я все время так боюсь. – Она подалась к Энди. – Моя мать была алкоголичкой. Подлая женщина. Когда мне было столько же лет, сколько сейчас Люси, я переехала жить к тете и дяде, которым принадлежал дом, где мы сейчас живем. Были правила. Наличие четких правил облегчало жизнь, потому что я точно знала, чего от меня ждут. Теперь же я думаю, что позволила правилам быть единственным способом чувствовать себя в безопасности. А Колин… Я не знаю, чего он хочет.
Энди редко имела дело с семейным алкоголизмом, но знала, что ущерб от него передается из поколения в поколение. Только необычайно сильный человек может остановить порочный круг.
– Чего ты хочешь? – мягко спросила она.
– Не знаю, – призналась Дина. – Хочу чувствовать себя в безопасности. Хочу не бояться. Хочу нравиться своей семье.
Энди потянулась через стол и коснулась ее руки.
– А чего ты боишься?
– Если я не буду идеальной, мне придется вернуться.
Слова вырвались так быстро, что Энди поняла: Дина ответила не задумываясь.
– Вернуться к своей матери?
– Смешно, да? Она мертва уже много лет. Старого дома даже не осталось – на днях я ездила, смотрела. Там новое многоквартирное жилье. А у меня теперь есть свой собственный дом, и никто не может отнять его.
– Возможно, дом – это не место? Может, ты говоришь о чувстве безопасности?
– Может быть. – Дина наколола на вилку ежевику. – Я им действительно не нравлюсь.
– А должна? – Энди потянулась за кофе. – Я думаю о своей маме. Я знаю, что люблю ее и что она любит меня, но нравимся ли мы друг другу? Не уверена. Я – хроническое разочарование в успешной семье. Мэтт десять лет пудрил мне мозги, а потом бросил. Почему я позволила этому случиться? Почему сама не ушла? Когда это произошло, я была разозлена и унижена, но не испытала боль, поэтому даже не уверена, что любила его. Так почему же хотела выйти за него замуж?
Дина улыбнулась.
– Если ты пытаешься сделать так, чтобы я почувствовала себя лучше, это вроде как работает, так что спасибо тебе.
– Не за что. Я просто говорю о том, что семейные дела – это сложно. Мы все запутываемся, а потом ищем выход. Если бы моя мама отстала от меня, я бы, наверное, захотела больше с ней общаться. Но каждый наш разговор вращается вокруг того, как я растрачиваю свой потенциал и как здорово справляются мои брат и сестра. Потому-то я и не жду с нетерпением наших бесед. – Энди покачала головой. – Эй, у тебя пять прекрасных дочерей, а у меня даже кошки нет. Так что тебе, наверное, не стоит меня слушать.
– Думаю, стоит. В твоих словах много смысла.
Они улыбнулись друг другу и вернулись к завтраку.
Несколько минут спустя Дина отложила вилку.
– Думаю, тебе нужно попытаться сбавить обороты с Уэйдом. Он не Мэтт. Из всего, что я слышала, могу заключить – он порядочный парень. У него замечательная дочь. Я бы хотела, чтобы Мэдисон была похожа на нее. Так что не думай сразу о худшем.
– Но предполагать худшее так легко.
– И что это тебе дает? – с усмешкой спросила Дина.
Энди рассмеялась.
– Не пойми меня неправильно, но, честно говоря, ты мне не очень понравилась, когда я впервые тебя встретила.
– Не беспокойся, я никому не нравлюсь.
– Но ты оказалась милой и приятной, – отметила Энди.
– Может, напишешь рекомендательное письмо? Покажу его своей семье.
– Ладно, если ты считаешь, что оно поможет.
– Нет, но спасибо за предложение, – улыбнулась Дина.
Энди легонько коснулась ее руки.
– Если потребуется – я рядом.
– Я тоже. В следующий раз, когда почувствуешь, что ты на пределе, приходи ко мне.
Энди кивнула.
– И ты пообещай то же самое.
– Обещаю.
Они улыбнулись друг другу. Энди знала, что достаточно скоро снова начнет беспокоиться насчет Уэйда, но сейчас казалось, что все в порядке. И главное, у нее есть подруга. А с подругами она сможет пережить любые трудности.
Бостон сидела на крыльце и смотрела, как дочери Дины играют во дворе Энди. Кэрри тоже была с ними, как и многострадальный кот. Девочки бегали и смеялись, а Пикуль вылизывался, лежа в тени. Ноги детей оказались в опасной близости от его хвоста, но он даже не потрудился посмотреть, в безопасности ли он. Бостон никак не могла понять, был ли кот фаталистом или же просто отличался невероятной доверчивостью.
Солнечный свет пробивался сквозь листву на деревьях. Визг пил и молотков перемежался смехом. Саванна кружила вокруг сестер и кричала, что не хочет, чтобы ее осалили.
