В некотором царстве, в некотором государстве жил-был купец и было у него три сына. И вот пришла пора сыновьям жен искать. Дал купец каждому сыну по стреле, велел выйти в чисто поле и запустить стрелы — и куда стрела упадет, там невесту и искать надобно было. Стрела старшего сына упала в лес и рядом сидела серая мышка. Стрела второго сына упала к подножью горы, и встретил он там ящерку юркую. Стрела же младшего сына упала в болото прямиком к зеленой лягушке. Вздохнув тяжело, взяли они найденных невест и отправились домой, не зная еще, что невесты их не простые, а дочери лешего, водяного и духа гор.
В некотором царстве, в некотором государстве был городишко, с высокими каменными церквями, с деревянными палатами и богатыми дворами и жил в этом городе купец и было у него три сына. Сыновья были умны, веселы, собой недурны. Вот однажды позвал их отец к себе и молвил:
— Пришло время вам за ум браться. Пора вам жен искать, — и дал купец каждому своему сыну по стреле. — В городе нашем невест на выданье, таких, чтобы мне по нраву пришлись нет, поэтому выходите в чисто поле и запустите по стреле в разные стороны. Куда стрела упадет, там невесту искать будете. На заре утреней вышли братья в чисто поле, натянули тетиву и выпустили стрелы. Стрела старшего сына упала в лес и рядом сидела серая мышка.
Стоило только взять мышку и, посадив в карман, шаг из лесу сделать, как сотряслась земля, юркнула мышка из его кармана и, ударившись оземь превратилась в черноокую девицу — красавицу.
— Зачем пожаловал добрый молодец? — молвила девица.
— Батюшка велел в поле идти, стрелу запустить, и куда стрела упадет там и жену себе и искать. Стало быть, к тебе меня судьба привела.
Рассмеялась девица, обошла добра молодца она по кругу, осмотрела.
— А знаешь ли ты кто я? — лишь качнул головой купеческий сын, от красоты увиденной дыхание сперло. Улыбнулась девица. — Я лешего дочь. А коль жениться на мне собрался, то сначала у отца моего разрешения испроси. Рассмеялась задорно, и смех ее переливчатый словно звон колокольчика разнесся по лесу эхом. Оглянулся Старший купеческий сын, а девицы и нет нигде.
Стрела второго сына упала к подножью горы, и встретил он там ящерку юркую.
Взял он ящерку и лишь повернуться спиной к горе каменной успел, как грянул гром, ящерка наземь по одежде сбежала и обернулась девицей зеленоглазой, такой красоты, что глаз не отвести.
— Зачем пожаловал добрый молодец? — молвила девица, сверкнув заманчивым взглядом.
— Батюшка велел в поле идти, стрелу запустить, и куда стрела упадет там и жену себе и искать. Стало быть, к тебе меня судьба привела.
Усмехнулась девица.
— Я дочь самого духа гор. Коли замуж меня позвать решил, то сначала разрешения испроси у отца моего, — и взмахнув рукой, растаяла в воздухе, оставив доброго молодца в одиночестве.
Стрела же младшего сына упала в болото прямиком к зеленой лягушке.
Взял он склизкое создание и уже хотел лягушку в платочек завернуть, да не тут, то было, пошла рябь по зеленой воде болота, ударил гром, спрыгнула с рук лягушка и предстала пред ним девица красоты неземной.
— Зачем пожаловал добрый молодец? — улыбнулась девица-красавица.
— Батюшка велел в поле идти, стрелу запустить, и куда стрела упадет там и жену себе и искать. Стало быть, к тебе меня судьба привела, — произнес добрый молодец, не сводя с нее восхищенного взгляда.
— И отца моего не боишься? — рассмеялась девица. — А ведь он сам Водяной. Коли в невесты меня звать решил, то иди к батюшке моему, испроси разрешения. — И шагнув прямо в воду, тут же исчезла, лишь круги по воде разошлись.
Вернулись братья домой, ни слова не говорят, с каждым днем все тучнее и мрачнее становятся, позабыть девиц прекрасных не могут.
Так три ночи прошло, три дня минуло, не выдержали молодцы, в путь засобирались.
Дошли они до поля, а там пути их разошлись, направился старший в лес, средний в горы, а младший на болота.
Вошел старший брат в лес и пошел по извилистой тропе, кликая невесту свою черноокую. Только чем дальше вглубь он заходил, тем ниже ветви к земле клонились, по лицу все хлестануть метили, все чаще птицы хищные над головой пролетали когтями, шапку с головы сбивая. Все дальше и глубже он в лес заходил, все извилистей тропка становилась, плутала, путала, вокруг трех сосен водила. Устал молодец, сел на сыру землю, привалился спиной к дереву и молвит:
— Дух лесной, отец жителей лесных, с добром я пришел, не сбивай меня с пути верного, я за невестою своею за дочерью твоею.
Содрогнулись ели вековые, сосны молодые, прокатился гром по небу голубому и предстал перед молодцем сам Леший. Подскочил на месте купеческий сын.
— Ишь, что захотел, — грозно прогремел голос Лешего, — мою кровинушку, да и запросто так в невесты себе. Не много ли хочешь? Да мало получишь!
— Чем заслужить я честь такую могу?
— Заслужить? Заслужить. — Задумался Леший, с хитростью на молодца поглядывая и пальцами ус длинный теребя. — А можешь. Тут Чудо-Юдо повадилось в лес ходить. Кусты, ягоду топчет, живность губит, на обед себе собирает. Коль прогонишь зверя поганого, отдам дочь за тебя.
Рассмеялся Леший собственной задумке, да исчез так же скоро, как появился. Пригорюнился молодец, сел обратно к дереву и голову повесил. Как же он обычный сын купца, само Чудо-Юдо прогонит? Но делать нечего побрел молодец на окраину леса в поисках Чуда-юда, бредет и думу думает, что не хватит ему силы голыми руками зверя грозного победить, а значит, хитростью брать надо, иначе не видать ему девицы прекрасной. Вышел на окраину леса и видит, как чудище страшное, сохатого изловил и уже отобедать им собирается.
