Старина Джимми неторопливо миновал ограду из аккуратно подстриженных кустов, одолел три ступеньки, ведущие к длинной аллее, и, присмотрев невдалеке свободную лавочку, уверенно направился в её сторону. Слегка крякнув и мысленно обругав разнывшиеся колени, он опустился на сиденье, умостил принтер слева от себя и, удобно устроив подбородок на руках, сложенных поверх набалдашника трости, принялся наблюдать.
— О! Мистер Грэхэм, с добрым утром! Отличная погода, не правда ли?
Мимо лавочки неторопливо продефилировала дама в шляпке, украшенной букетом фиалок.
— Отличная, миссис Гастингс!
— Вас опять не было на мессе, мистер Грэхэм. Пастор уже даже перестал спрашивать, что задержало вас на этот раз.
— Важные новости, миссис Гастингс, важные новости. Вы слышали, в порту случился затор: ветром развернуло грузовое судно и оно едва не влетело носом в пирс?
— Нет, впервые слышу, — наморщила носик дама. — А вы-то тут при чем?
— Вы же знаете, этот порт мне как дом родной, всю жизнь там проработал. Не мог же я отправиться в церковь, не узнав, чем дело кончилось. Увы, но утренний выпуск новостей совпадает по времени с мессой.
— А по-моему, воскресная служба всяко важнее каких-то там судов и пирсов.
— Кому как, миссис Гастингс. Кому как. Доброго дня вам!
Старина Джимми приподнял шляпу и даже слегка поклонился, давая понять, что разговор окончен. Дама неодобрительно покачала головой, буркнула что-то вроде "сумасшедший" и продолжила прогулку.
— А ты, верный друг, тоже считаешь, что бормотание на латыни — более полезное занятие, чем разгрузка и навигация? — рука мистера Грэхэма как бы невзначай хлопнула по крышке принтера. — Знаю, знаю, не ворчи. Конечно нет, ты же разумный и трезвомыслящий, мда. В отличие от некоторых. Не обижайся.
Море, повинуясь особо сильному порыву ветра, громко хлюпнуло о скалы, обдав гуляющих крохотными брызгами. Старик откинулся на спинку лавочки, и начал неторопливые рассуждения:
— Вот возьмём, к примеру, нас с тобой. Ты ведь ни разу в церкви не был, и это не помешало тебе всю жизнь исправно выполнять свои обязанности. Более того скажу, — он заботливо стер с крышки соленую влагу, — не помню за тобой ни одного злого поступка, стало быть, и исповедоваться тебе не в чем. Я, конечно, не так безупречен, что уж тут говорить. И выпивал лишнего, и кулаки почесать был не прочь, по молодости-то. Ты не застал, знаю, давно это было, ох, давно. Да только какое до этого дело пастору? У него сестра опять с пузом ходит, а отца, как и в прошлые три раза, никто и в глаза не видел, реставрация застопорилась, алтарь ветшает… Вот он, лис рыжий, всё больше в карман мой смотрит, а не в душу. Доброго утра тебе, Альберт!
Старик вновь приподнял шляпу и приветливо кивнул прохожему. Мужчина сбился с шага, чуть прищурился, рассматривая старину Джимми, потом лицо его озарилось улыбкой узнавания:
— И вам хорошего настроения, мистер Грэхэм! А вы, смотрю, привычек не меняете. И как не холодно сидеть на ветру?
Он подошел к лавочке и хозяйским движением приподнял принтер.
— Что за рухлядь? Забыл, видимо, кто-то.
— Он со мной, — старик с удивительным проворством отставил трость, вынул технику из рук Альберта и пристроил себе на колени, поглаживая серый пластик с такой нежностью, будто котенка успокаивал. — Но вы присаживайтесь. Поболтаем. Как дела на работе?
— Да как всегда, мистер Грэхэм: кто-то приплывает, кто-то уплывает.
— А банкротство как же?
— Выгребли, хоть и против течения, слава Всевышнему. Кое-что, правда, продать пришлось, но ссуду погасили. Сейчас полегче уже: пассажиропоток растет, да и грузов стало больше за последние полгода. Мы даже наняли еще около полусотни человек. Растем.
— А верфи?
— Завалены заказами на два года вперед.
— Так, может, и я вам пригожусь? — старина Джимми слегка воодушевился. — Конечно, по строительным лесам мне поздно лазать, но документы могу вести, у меня же опыт, вы знаете…
Альберт натянул на лицо дежурную улыбку, затем слегка хлопнул собеседника по плечу и поднялся на ноги:
— Вы, мистер Грэхэм, своё уже отработали, да за двоих. Не ваше это дело: по стылой сырости гонять, да винтики с заклепками считать. Отдыхайте, грейте кости у камина, природой вон любуйтесь. Слышал, у вас правнук родился? Скоро-скоро, не ожидал, что ваша Лили так быстро замуж выскочит. Как назвали-то?
— Сюзанна. Это девочка.
— Вот видите, — мужчина заулыбался во всю ширь, — вам есть на кого время тратить.
— Ну да, наверное…
— А мне пора. Обещал жену в кино сводить сегодня, — Альберт явно хотел сменить тему. — Вы, кстати, слышали, что на той неделе во вторник акционеры решили провести торжественный прием в честь юбилея? Порту сто пятьдесят в этом году. Будет выставка старых фотографий, вино, музыка, угощение. На семнадцать ноль ноль, в здании управления. Придете?
Но старина Джимми не ответил, задумчиво рассматривая чаек, кружащихся над водой.
— Я пойду, пожалуй, — Альберт пожал плечами. — Хотите, донесу этот хлам до мусорника? Вам же неудобно, с тростью, — он кивком головы указал на принтер.
