— А что наши враги? — спросил Леша. Правильно спросил: если наши враги будут продолжать строить козни, хрен собачий мне удастся вернуть, а не долг.
— Утихомириваем, — заверил Сергей. — Малышев поедет «на район», а чтобы не сильно злился, определят ему доходное место. Алика увольняем уже, он строго предупрежден, чтоб не пытался нагадить. Подпишет бумагу о неразглашении.
Все удовлетворенно внимали словам Сергея.
— А нас не прослушивают, не пасут? — спохватился Алексей.
Сергей усмехнулся:
— Привыкните, наконец, к тому, что на нашем уровне слушают всех. Меньше трындите по телефону. Только про девушек. Хотя кое-кому сейчас не до девушек. Да, Марк?
— Да уж, поскорее бы все решилось, — вздохнул я. — Страшно жить в постоянном напряжении, ожидая стука в дверь, как в тридцать седьмом году.
Завибрировал мой телефон, я глянул — СМС от Оксаны, обрадовался. Читать было неудобно, но на душе посветлело. Да справлюсь я со всеми долгами! Все разрешилось как нельзя лучше: Малышева отправляют в ссылку, пусть и на доходное место, Алика вышвыривают вон. А деньги я заработаю.
— Потерпите месяц, пока все не причешем, — сказал Сергей, и я, вдохновленный СМС от Оксаны, горячо воскликнул:
— Спасибо за помощь! Неприятности уже позади, впереди — только приятности, и никак иначе!
— Вот и прекрасно, — и Сергей попросил у Леночки кофе, что означало: переходим в «семейный» режим.
Оксана редко писала, тем более в рабочее время. Любопытство взяло верх, и я украдкой глянул под столом СМС.
«Вовочка, я тебя люблю! Целую!»
Ничего не понял, смотрю еще раз — текст не изменился.
Я остолбенел, кровь рванулась по сосудам, сердце бешено заколотилось, в висках застучало.
— Марк, что с тобой? — обратил внимание Леша, он лучше всех знал реакции моего организма. — Ты весь красный стал! Неужели из-за денег? Не дрейфь! Еще заработаем!
— Все нормально, — еле выдавил.
Мозг лихорадочно работал. Я не понимал, что происходит. Точнее, отказывался понимать. Что за Вовочка?! Откуда он взялся? Почему она мне это написала? Да не тебе она это написала, сказал кто-то в моей воспаленной голове, она ошиблась адресом. А значит, у нее любовник!
— Марк, на тебя страшно смотреть, прими что-то от давления, — посоветовал Сергей.
А я испытывал острое желание опрокинуть стакан вискаря. Но я же дал обещание Ане! Обещание обещанием, а тут такой сюрприз! Мы с Малышевым устроили битву титанов из-за этой сучки, а она любит и целует Вовочку какого-то!
— Ребята, извините, я выйду на минутку, — прохрипел.
— Иди, иди, — закивали все. — Мы тут пока кофеем побалуемся.
Я вышел, вернее, выполз, держась за стену и пошатываясь.
Лена, увидев меня в приемной, схватилась за щеки:
— Шефочка! Что с тобой? Чем тебе помочь?
— Срочно таблетки от давления и для удержания ритма приготовь, — а сам по стенке пополз в туалет: были позывы на рвоту и слабило живот.
Едва успел закрыть за собой дверь, начался кошмар. От стресса меня стало рвать, затем скрутило живот, и я корчился от расстройства желудка. Адреналин разрывал сосуды, давление зашкаливало, сердцебиение не давало дышать. Ужас! Романтический букет, сука! Полный ступор!
Сколько времени провел в туалете, не понял. Когда вышел, Лена сказала, что все разошлись, повестка дня исчерпана. С состраданием глядя на меня, сообщила:
— Я им передала, что у тебя отравление.
Хороший диагноз: любовь — яд!
Конечно, все подумают, что меня заглючило от жадности. Но называть истинную причину еще позорнее.
Я чувствовал себя раздавленным. От окрыленности не осталось и следа. Выпил таблетки, взял телефон и написал Оксане: «Пошла ты на хуй!»
И упал в кресло. Без сил, без мыслей, без эмоций.
Через несколько минут телефон взорвался. Звук все еще был отключен (я на совещании убрал), и эта безмолвная истерика телефона меня пугала. Было ясно: происходит что-то очень неприятное, меняющее жизнь.
Быстро среагировала, вяло подумал. А раньше днями и неделями молчала.
Пару раз сбросил, настойчиво звонит. Отвечу, все равно надо прояснить ситуацию.
— Марк, что такое? Что ты пишешь?
— А что пишешь ты? Явно не мне! Вот и иди к нему.
— Это ошибка, выслушай меня! — Она зарыдала.
— Нет, я тебе ясно написал. Костю буду растить, а ты устраивай жизнь свою с Вовочкой!
Рыдания усилились.
— Ошибка это, ошибка! Я сейчас приеду, выслушай меня только!
Я дал отбой. Звонки продолжались.
Лекарства подействовали, начал успокаиваться, вернее, затормозился. В голове полная каша. «Что посеешь — то и пожнешь», «И на старуху бывает проруха», «Сила действия равна силе противодействия» — народную мудрость и законы природы не обойти, как ни старайся, даже с помощью денег.
Зашла Лена, личико обескураженное:
— Шеф, как ты себя чувствуешь? Что-нибудь принести еще? — Голос сладкий, заботливый.
— Нет, спасибо, прихожу в норму.
— Тут Оксана в приемной, вся в слезах, что случилось?
— Ничего не случилось, пошла она!
— Как это — пошла? У вас же мальчик такой прекрасный! — Лена искренне переживала.
— Удивительно, мальчик чудесный, а мама змея подколодная. Может, он и не мой совсем!
— Марк, ну что ты придумываешь такое? Он же твоя копия!
