Евгений Коновалец. Родился 14 июня 1891 г. в с. Зашкив близ Львова в семье управляющего народной школы. В 1909 г. после окончания Львовской украинской академической гимназии работает секретарем Львовского филиала общества «Просвита». В 1909–1914 гг. — студент юридического факультета Львовского университета. В 1914–1915 гг. — служащий полка ландвера во Львове. В апреле 1915 г. попал в русский плен. В ноябре 1917 г. вступил добровольцем в Галицко-Буковинский курень сечевых стрельцов. 19 января 1918 г. его избирают командиром куреня. В январе 1918 г. его часть внесла решающий вклад в подавление восстания рабочих в Киеве против власти Центральной рады. С ноября 1919 г. в польском плену. С 1920 г. в эмиграции в Чехословакии, Германии, Швейцарии, Италии. В 1920 г. основал Украинскую военную организацию (УВО). В 1929 г. был избран первым головою Провода Организации украинских националистов (ОУН). Погиб 23 мая 1938 г. вследствие теракта НКВД»[205].
Однако в Москве все, что не согласовывалось с «генеральным курсом» коммунистической партии, воспринималось в качестве предательства, и в отчетах ГлавПУР РККА это так и преподносилось: «Украинский буржуазный [?!
Позднее, по окончании войны, советская пропаганда старательно тиражировала тот же надуманный тезис о «предательстве» лидеров ОУН и УПА. Из доклада ГлавПУР РККА от 12 января 1945 г. под заголовком «Украинско-немецкие националисты на службе у Гитлера», в частности, узнаем, что «в составе руководящих кадров были молодые украинские националисты, которые понятия не имели об Украине, так как они выросли и воспитывались за границей (в Германии или Польше)»[207]. Далее следуют утверждения, что эти молодые кадры — «по существу фашистские молодчики», которым «было чуждо понятие родины даже в понимании буржуазного национализма». В этом насыщенном пропагандистскими штампами словесном потоке интерес представляет лишь одно, вероятно правдивое сообщение — о том, что многие украинские националисты действительно выросли и воспитывались за границей. При том, что, кажется, ни у кого из тех, кто даже длительное время находится за границей, не стоит отнимать права на любовь к своей родине. Но во всяком случае молодые оуновцы, о которых идет речь в докладе, не предавали ни своей родины в целом, ни тем более своей родины в понимании советской власти: они не имели ничего общего с этой властью с самого рождения и, стало быть, им нечего было предавать по существу.
