Вернувшись в полуподвальный офис фирмы, Дмитрий запер деньги в сейф, а гроссбух небрежно бросил в ящик письменного стола.
– Как-нибудь на досуге почитаю. – решил он, после чего сел за заваленный бумагами стол и аккуратно разрезал перочинным ножом конверт. Внутри было три листка бумаги: на одном из них дед коротко, но доходчиво описал, как разыскать нужный Дмитрию банк, и даже начертил небольшую схему, на другом был крупно написан шестизначный номер счёта, и на последнем листке латинскими буквами было написано кодовое слово «October».
– Всё-таки Швейцария. – с удовлетворением отметил Дмитрий. – Страна, где производят самый вкусный шоколад! Интересно, сколько на счёте? Если верить деду, там целое состояние! Неужели целый миллион? Миллион долларов – это круто! Я бы тогда дела фирмы поправил и совершенно на другой уровень вышел. А может быть, даже «завязал» с изготовлением запрещённой спецтехники и организовал инвестиционную фирму. Снял офис где-нибудь в центре, а над входом повесил транспарант с рекламный слоганом «Мы делаем деньги так же легко, как вы дышите воздухом. Деньги из воздуха – наш профиль!».
– Дмитрий Алексеевич! – прорезался в интеркоме голос секретарши. – К Вам кредиторы.
– Передай им, что мне некогда. Пусть зайдут на недельке! – весело ответил Киквидзе. В приёмной наступила мёртвая тишина. – Наверное, у них от моей наглости дар речи пропал. – решил глава фирмы и морально приготовился к штурму кабинета.
Дальше события развивались лавинообразно: дверь от сильного удара ногой распахнулась и через мгновение цепкие пальцы Митяя сжались на его горле. – На недельке, говоришь? – шипел от возмущения Митяй и брызгал слюной. – Говоришь, тебе некогда? А когда ты у нас с Султаном «лимон» «рваных» взял, у тебя время для нас было? Где деньги, падла?
Дмитрий только хрипел и сучил ногами. Хватка у Митяя была железная, но его голова, получившая на ринге не одну сотню ударов, соображала не так быстро. Поэтому Митяй предпочитал простые, чаще всего силовые, решения, не обременяя себя анализом ситуации. Киквидзе знал это, и за мгновение до появления в кабинете бывшего боксёра-тяжеловеса по кличке Митяй, успел сунуть бумаги в карман. На столе остался только конверт с красноносым Дедом Морозом, который среди разбросанных на столе бумаг в глаза не бросался. Когда воздуха в лёгких не осталось совсем, и в глазах у Дмитрия стало темнеть, в кабинет вальяжно вошёл Султан Каримыч. Если Митяй в этом криминальном дуэте был мышцами, то Султан Каримыч – мозгом.Султан, как и многие его земляки и единоверцы, делал первоначальный капитал на торговле фруктами, и для покупателей-москвичей был не больше чем «чурка» с базара. Однако время шло, бывший дехканин постепенно набирался столичного опыта. После первой ходки в зону, куда Султана Каримыча определил Басманный районный суд «…за незаконное распространение наркотических веществ», «чуркой» его уже никто не называл. Из зоны Султан Каримович вышел с «погонялом» [23] Мозговед, что для человека его национальности было очень даже престижно.
