Почему Лили обрадовалась, увидев ее? Особенно если учесть, что все это время она скрывала от них дочь (Лаура мысленно попыталась сосчитать сколько лет назад, но просто догадалась), восьмилетнюю дочь, копию самого Натаниэля.
— Я найду эту сучку и сверну ее белую деревенскую шею, — угрожающе сказал Виктор.
— Виктор, успокойся, — успокаивающе произнесла Лаура.
— Я не собираюсь успокаиваться! Это черт побери моя внучка! — громко заорал он, что стекла задрожали.
— Что происходит?
Лаура от отчаяния прикрыла глаза, только это еще не хватало. Даниэлла использовала именно этот момент, чтобы зайти в комнату.
Ее дочь наконец-то переехала от них к мужчине, и Виктор с Лаурой теперь мало беспокоились о ней, подходит ли он ей или же нет. Тем не менее, она с определенной регулярностью приходила к ним домой, и у Лауры появилось какое-то неприятное ощущение, что она появлялась именно тогда, когда у них находился Натаниэль.
— Твоя мать встретила Лили, — сообщил Виктор дочери, Лаура взглянула на него широко распахнутыми глазами.
— Виктор! — Лауре показалось, что это не самое мудрое решение, привлекать к дискуссии Даниэллу в разворачивающейся драме. В любой неприятной ситуации Даниэлла всегда показывала себя не с лучшей стороны. Кроме того, Даниэлла создала достаточное количество драматических ситуаций в своей жизни.
— Кого? — Даниэлла направилась к Натаниэлю, опустившись на подлокотник его кресла. Ее сын на мгновение замер, потом поднялся и направился в противоположную сторону комнаты. Он как обычно не сказал ни слова.
— Лили, Лили, Лили! — возмущенно закричал Виктор. — Ту девушку из этого болота, Индианы, которая ушла от Натаниэля.
Глаза Даниэллы округлились, и Лаура своим
Затем в дверь позвонили.
— Я открою, — моментально Даниэлла вскочила на ноги.
— Нет! Я, черт побери, открою, — закричал Виктор, хотя не было такой необходимости.
Даниэлла нехотя снова сел.
Лаура перевела взгляд на Натаниэля, сделав себе пометку, позже разобраться со своей дочерью. Внешне он выглядел совершенно спокойным, но Лаура увидела гнев,
— Ты так ничего и не сказал, — сообщила она ему.
— Нейт никогда ничего не говорит, — пробормотала Даниэлла, но все в комнате услышали, и Лаура кинула на дочь просто убийственный взгляд, и вдруг из холла послышался крик Виктора:
—
Натаниэль широким шагом первый вышел в холл. Даниэлла появилась вместе с Лаурой, следом за ним, встав позади него.
Лаура стояла рядом с Нейтом и просто не верила своим глазам.
Виктор мертвой хваткой схватил Лили за плечи, удерживая на месте и треся. Она пребывала в полном шоке, смотря на него ошарашенными глазами.
— Виктор, дай ей войти! — прокричала Лаура.
Лили повернулась в сторону Лауры и
А потом что-то произошло, чего Лаура даже никогда не смогла бы предположить.
Глаза Лили округлились, она побледнела, каждый мускул ее тела напрягся, рот открылся в немом возгласе.
Потом она произнесла беззвучно только лишь одними губами:
— Боже мой.
И Лаура увидела, как стало меняться выражение лица Лили, также как и в парке, когда она увидела ее, но на этот раз на нем не отражалось ни радости, ни нежданного счастья, а только полное удивление.
Но это выражение тут же исчезло, как только Виктор начал трясти ее за плечи и опять кричать.
— Виктор! Я сказала, отпусти ее, — снова попыталась остановить его Лаура.
Он резко отпустил ее плечи, и ей пришлось взмахнуть руками, чтобы удержаться от падения и сохранить равновесие, прислонившись спиной к косяку двери.
— Ты сука! — опять заорал на нее Виктор. — Ты строила из себя невинную провинциалку в моем чертовом доме, тебе лучше подыскать себе чертовски хорошего адвоката, потому что мы отсудим ребенка. Ты скрывала ее от нас, и оставшиеся восемь она проведет с нами!
Лили вскинула голову, шокированными глазами уставилась на Виктора.
— Чт... что? — выдохнула она, с трудом ворочая губами.
Лаура обратила внимание, что Натаниэль стоял, скрестив руки на груди, наблюдая за разворачивающейся драмой, словно это представление происходило исключительно для его развлечения.
И похоже он не собирался вмешиваться.
Лили перевела взгляд от Виктора к Натаниэлю и ее и так бледное лицо стало совсем бескровным, как только глаза встретились с приемным сыном Лауры.
Затем она кинула взгляд на Даниэллу и на ее лице отобразилась такая боль, на которую было даже больно смотреть.
— Ты сказала, что он умер, — прошептала она.
— Убирайся! — закричал Виктор, шагнул вперед и толкнув ее рукой в грудь, вытолкнув за порог. Она сделала непроизвольно несколько шагов назад, и Виктор захлопнул дверь перед ее носом.