— Согласен, что очень интересные, — прокомментировал Алистер рассеянно перебирая лежащие перед ним бумаги, как будто пытаясь что-то найти. — Сейчас, посмотрим. Да, — произнес он, — вот оно, — при этом совершенно не смотря на бумаги.
И затем он стал осуществлять свой «план».
— Наша история началась восемь лет назад, когда мисс Джейкобс жила в Лондоне с мистером МакАллистер. В какой-то момент ей пришлось срочно покинуть страну из-за чрезвычайной ситуации, произошедшей в ее семье.
— Учитывая, что вы выбрали метод обороны «он-был-мертв», я уверен, ваш рассказ будет чрезвычайно увлекательным, — Лили даже не подняла на него глаза, потому что услышала прямую насмешку от адвоката Нейта номер два или, как она назвала его про себя, «адвокат с сарказмом». Ее испуганный взгляд прошелся по мужчине, который, отметила она рассеянно, смотрел на нее с явным отвращением.
— Ну, не уверен, что факт потери обоих родителей в авиакатастрофе можно назвать «увлекательным», — вежливо произнес Алистер.
Именно от этих слов, в помещении все переменилось, что-то сдвинулось в ее сторону, приблизившись к ней, и это был Нейт. Лили почувствовала это, почувствовала однозначно, что невольно скользнула по нему взглядом, хотя и не желала.
Он больше не смотрел на нее отстраненно, надменно откинувшись на спинку стула. Он побледнел и наклонился вперед к столу, и смотрел на нее совершенно по-другому, напряженно, и сила его напряжения сотрясала комнату.
Лили сразу же отвела взгляд.
Алистер продолжил:
— Мисс Джейкобс сообщила мне, что как только она услышала эту новость приложила все силы, пытаясь связаться с мистером МакАллистером, но в офисе никто не подходил к телефону. Она попросила сестру, Даниэллу Робертс, мистера МакАллистера срочно передать матери мистера МакАллистера, как только она вернется, чтобы та срочно позвонила ей. Впрочем, миссис Лаура Робертс так и не перезвонила, и мисс Джейкобс была вынуждена уехать, чтобы успеть на самолет. Мисс Джейкобс написала и оставила записку, и брат мистера МакАллистера, Джеффри Робертс, зашедший к ней, заверил ее, что обязательно сообщит мистеру МакАллистеру о случившимся.
— Не было никакой записки, — произнес Виктор, Лили знала, что именно так и будет, поэтому не сводила глаз с Алистера, который повернулся к ней с молчаливым вопросом.
Лили утвердительно кивнула.
— Записка была, — упорно подтвердил Алистер.
— Не было чертовой записки, — огрызнулся Виктор, Лили взглянула на него.
Он сидел с пепельно-белым лицом, но больше не выглядел разъяренным, наоборот он выглядел расстроенным и растерянным, и тем не менее пытался хорохориться, чувствуя себя не в своей тарелке.
Виктор не сдавался:
— И вообще, когда она вернулась, она что не могла прийти к нам домой. Мы не переезжали, живем в этом чертовом…
— Я рад, что вы подняли эту тему, мистер Робертс, Лили именно так и сделала, она пришла к вам домой, потому что пока была в Индиане, занимаясь приготовлениями к похоронам своих родителей трагически погибших, она поняла, что беременна. Из дома она несколько раз пыталась дозвониться до мистера МакАлистера ему домой и в офис. Его домашний номер был отключен. Сообщения, которые она оставляла ему в офисе, оставались без ответа. Когда мисс Джейкобс вернулась в Англию, она отправилась на квартиру мистера МакАллистера, где ей сообщили, что он там больше не живет. Она тут же направилась к вам домой, но ваша дочь сказала ей, что мистер МакАлистер умер.
Лили во все глаза пялилась на Нейта, желая увидеть его реакцию на эту новость. Теперь он был однозначно далек от спокойного равнодушия и высокомерия, которые просто улетучились.
— Это просто смешно. Она могла бы вернуться потом, могла бы рассказать кому-то другому. И с какой стати Даниэлла Робертс сказала…, — начал адвокат Нейта.
— Действительно, с какой стати? — переспросил сам себя Алистер. — Это спорный вопрос, но Лили не могла вернуться, потому что беременность была очень тяжелой. У мисс Джейкобс были трудности, она чуть дважды не потеряла ребенка. Ей не разрешалось путешествовать, и врачи принудили ее вести постельный режим в течение последних трех месяцев.
— После этого…, — перебил его адвокат.
— После этого Лили не совсем поправилась и естественно столкнулась с огромными финансовыми трудностями. Про роды мне рассказала сама Лили и ее акушер, с которым я вчера разговаривал. Врач прекрасно помнит этот день и описывает его, как «чудовищный день», который будто бы произошел только вчера. Мало того, что ей пришлось сражаться, чтобы выносить ребенка напряженно и мучительно много дней подряд, так в конце концов, после затяжных и трудных родов, ребенка все-таки удалось спасти, хотя она чуть не умерла. Лили же пережила
Алистер не получил возможности закончить свою грандиозную речь, потому что Нейт молниеносно вскочил со стула, с бранью схватил стул и со всего размаха бросил его через всю комнату в стену.
— Мистер МакАлистер..., — предостерегающе произнес Алистер, но Нейт быстро обошел стол, направляясь к
