– В молодости я тоже немного путешествовал. И даже побывал в Африке. Постоял на самом краю Большого каньона… Но теперь семья и дела держат меня в Лондоне.
Поразительно: такой богатый господин, как мистер Трезелтон, не может поехать когда и куда пожелает!
Однако огромная торговая корпорация сама с собой не управится.
– Чем бы еще вы хотели заняться? – спросил он.
Я решила – скажу, что такого?
– Я бы хотела основать крикетную лигу для девочек.
– Неужели? – удивленно распахнул глаза мистер Трезелтон.
Я кивнула. Похоже, он не ужаснулся, так что я продолжила.
– У нас в деревне я каждый день играла с мальчишками в крикет…
– И как же называется эта деревня?
– Лутон.
– Ну конечно, – кивнул он. – Туда сейчас ходят поезда, верно?
– Только начали. Отец добирается на работу на поезде.
– В Банк и трастовый фонд Михаила Архангела, – подмигнул мистер Трезелтон. – Видите, мисс Мэйв, я в курсе всего, что творится в Лондоне.
Он шагал, помахивая тростью с золотым набалдашником.
– Итак, крикетная лига для девочек и путешествия по всему свету. Прекрасные желания!
Ничего – повторяю, ничего – я не ожидала услышать от мистера Трезелтона меньше этих слов. Если уж на то пошло, от любого взрослого человека я не ожидала услышать одобрения своих прожектов.
– Вы и правда так думаете? – Я бросила на него взгляд: хотелось убедиться, что магнат надо мной не насмехается.
Но мистер Трезелтон кивнул с совершенно серьезным видом.
– Я на самом деле так думаю. Правда, это влетит в круглую сумму. Особенно путешествия. Специальная одежда, ботинки, мулы, лошади, карты, запасы пропитания, отели, проводники, плавание через океан – расходы растут на глазах, – поджал губы мистер Трезелтон и сделал вид, будто подсчитывает на пальцах. – А для лиги понадобятся тренеры, форма, снаряжение, реклама… Я все время убеждаюсь, что любые проекты в итоге стоят больше, чем ожидалось.
Он говорил в точности как мой отец. Тот, должно быть, в эту самую минуту заявлял ровно то же самое матери по поводу свадьбы Эвангелины.
– Допустим, я сделаю вам предложение…
Я встала как вкопанная.
– Предложение?
– Деловое предложение.
Я вся обратилась в слух.
– Я обязуюсь профинансировать ваше кругосветное путешествие и крикетную лигу: единовременный платеж в пять тысяч фунтов…
– …которые помещу в Банк и трастовый фонд Михаила Архангела под проценты до того дня, когда вы повзрослеете достаточно, чтобы воплотить в жизнь все свои замечательные планы.
Я с трудом нашлась с ответом.
– Но почему? – наконец выдавила я. – За что? Что вы с этого получите?
Он посмотрел на меня так, будто удивился вопросу.
– Вашего джинна, разумеется.
Я словно окаменела.
Я попятилась и потянулась к карману. Жестянки там не было – я спрятала ее в комнате вместе с другими сокровищами, но мистер Трезелтон успел заметить мой жест. Теперь он знал, где я обычно держу джинна. Такое море очарования и дружелюбия, а все лишь бы задобрить и выманить у меня сокровище.
Я попыталась блефовать, чтобы потянуть время.
– Не понимаю, о чем вы.
– Бросьте, мисс Меррит, некогда разводить церемонии.
Ах, так я уже не Мэйв? Никогда не умела притворяться и все же делано рассмеялась.
– Хотите сказать, вы верите в джиннов, мистер Трезелтон?
Он не отрывал взгляда от моего лица.
– А я не должен в них верить?
Я вспомнила, что случилось с косами Терезы и как она шепталась с отцом вчера в час посещений. Тогда-то мерзавка и поведала ему о моем джинне. А мистер Трезелтон ей поверил! Я представила, как рассказываю родителям, что нашла древнего могущественного духа. Да сама мысль смехотворна! А этот человек почему-то доверял своей дочери.
Разве это не замечательно? Подумать только: если бы мама относилась ко всему, что я делаю, с должным вниманием… Никогда не завидовала богатству Терезы или ее красоте, но доверию, которое питал к ней отец, – еще как. Подумать только!
По дорожке, ведущей через парк, мы подошли к скамейке, и мистер Трезелтон уселся на нее, предварительно смахнув пыль носовым платком. Жестом он пригласил меня присоединиться. Я немного приблизилась, но присаживаться не стала. На ногах я казалась выше его, а мне требовалось любое доступное преимущество.
– Итак, мисс Меррит, мы пришли к соглашению?
Я с трудом сглотнула вязкую слюну. Пять тысяч фунтов. Осталось всего одно желание. Представила, как Мермер выбирается из банки сардин и знакомится с новым хозяином: мистером Альфредом П. Трезелтоном. Наверняка заносчивый старый сом был бы доволен. Они, можно сказать, друг друга стоят.
Потом я вспомнила, как кучер мистера Трезелтона рассек хлыстом плечо Томми. Нет, подобное нельзя прощать. Я внутренне содрогнулась. Как я додумалась выслушать этого подлого господина, почти довериться ему? Мерзкому папаше противной Терезы? Представьте, если у такого человека окажется сила Мермера? Какие желания измыслит его спесивый разум?
И тогда я выпалила то, что в любых других обстоятельствах было бы ложью:
– Я бы хотела вернуться в школу.
