Один взгляд на побагровевшего отца достаточно чтобы понять, сейчас вулкан взорвётся и поможет только чудо тем кто встанет на пути этого гнева.
– Это моя вина никурина, я должным образом не представилась. Ладинэйра Алияр, прибыла по просьбе вашего мужа, никура Патариса помочь вам выносить и родить здорового малыша. – недоверие в глазах Калоит стирает лёгкий кивок еще не успевшего обуздать свой гнев никура.
– Твоя забота так приятна, милый, прости что сомневаюсь, – тут же мягко и спокойно все еще недоверчиво, но уже более уверено говорит жена стирая остатки гнева никура.
– Марилу, – молчаливая помощница подносит маленький стол на котором выкладывает инструменты ладинэйры по опыту зная куда и какие. Быстро прощупав пульс и послушав легкие, Алияр осматривает горло и глаза Калоит кивая и делая пометки. – Благодарю вас, никурина, я поговорю с вашим мужем и после вынесу рекомендации по питанию. Отойдя к окну где всё еще статуей стоит отец она говорит тише, чтобы слышал её только он.
– Мне нужно знать, что ела ваша жена последние два дня.
– Так спроси у них, всё что необходимо.
– Вы же видели, я пыталась. – поджав губы он мрачно кивает.
– Слушайте меня и передайте всем кто не слышал, слово ладинэйры Алияр приравнивается к моему слову, каждый кто осмелится ее ослушаться будет наказан морозным столбом. – ахнув присутствующие гротаны кланяются, четверо из них выходят из комнат выполнять указ никура, не желая такого наказания, в комнате остается Марилу и та наглая гротана что выталкивала Алияр из комнат никурины.
– Прай, что ела последние два дня твоя никурина?
– Она почти полгода ест одно и то же, курицу под острым соусом, овощи и запивает соком.
– Что-то поменялось последние два дня? – поморщившись, но помня приказ никура Прай отвечает на вопрос молодой наглой девчонки, по её мнению.
– А мне почем знать, новому повару были выданы все рекомендации, никурина не жаловалась.
– Новому повару? – этот вопрос обращен к отцу, который странно спокойно пожимает плечами.
– Ну да, его мать Ливики посоветовала.
– А Ливика у нас кто?
– Ах, все время забываю что ты только приехала, Ливика подруга дочери. Вы обязательно подружитесь, милейшая душа как и моя Дилисир. – сложив картинку воедино ладинэйра мрачно усмехается.
– Не сомневаюсь. – несколько секунд обдумав всё услышанное и увиденное Алияр кивает, – рядом с никуриной всегда должен кто-то находиться, она беременна и ей может стать плохо в любую секунду, я смешаю травы для неё, их заваривать и поить будет только Марилу или я. Мне нужно помощниц пять, выберу сама, все они будут меняться и днем и ночью, ближайшие два дня, еду будет готовить только ваш старый повар.
– Все настолько серьёзно, Алияр? – обеспокоенный отец даже и не подозревает насколько, но она не допустит беды пока рядом.
– Оберегаемого берегут боги, лишь меры предосторожности, никур.
– Выполняйте, – кивнув Прай отец выводит дочь в сад что кругом обнимает всё поместье, его беспокоит еще один вопрос, несколько минут они идут молча, Алияр наслаждаясь красотами цветущих растений, Патарис напряженно подбирая слова. – в городе говорят какая-то женщина похитила малыша…
– Ах, это… Поверь отец это недоразумение, – вкратце рассказав о произошедшем Алияр пожимает плечами, – Мне ничего не оставалось сделать как забрать его с собой, надеясь на вашу мудрость.
– Это правильное решение, дочь, ты не могла оставить дитя в опасности, я распоряжусь о его судьбе. – скрестив руки она пытается поклониться, но никур Патарис останавливает ее втискивая в руки свою печать подтверждая указ, – отныне ты не должна никому кланяться, твое слово равно моему, Алияр, верю в твое благоразумие.
– Это большая честь для меня, отец, я недостойна вашего доверия.
– Скромность хорошо, но не в твоем положении, будь внимательна, людей желающих навредить больше звезд на небосклоне.
– Я буду помнить ваши слова.
Первая ночь прошла как и ожидалось ужасно, никурину рвало, она много раз за ночь просила ночную вазу, лекарственный чай приходилось давать чаще, но к утру отёки спали и Калоит уснула глубоким сном, отдыхая, рядом с ней даже не расстилая кровати обнимая друг друга чтобы согреться спали все пять новых гротан и Марилу лицом на столике с ее сумкой инструментов. Тяжело опираясь на дверной проем Алияр старается насладится красотой встающего солнца и не уснуть стоя как часто случалось в ордене во время обучения стойкости. Ее тело согревают лучи восходящего солнца придавая сил, но явно не помогая выглядеть лучше. Тряхнув кудрями она решает вернуться в изумрудный дом чтобы умыться и переодеться, прохлада парка бодрит ее уставшие мышцы и приводит мысли в ровный строй и только теперь она видит что ушла явно не туда.
– Ах, Дилика! И где я? – осматриваясь Алияр пытается вспомнить с какой стороны пришла, но уставший мозг отказывается сотрудничать.
