«Да не подумаем, что условные знаки созданы ради них самих: ведь они выставляются для прикрытия знания неизреченного и неведомого для многих…», - так написал ученик Апостола Павла Св. Дионисий Ареопагит в «Послании Титу – иерарху» ( Перевод Г. М. Прохорова. – В кН.: Прохоров Г. М. Памятники переводной и русской литературы XIV – XV веков. Л., «Наука», 1987, стр. 183) – Отношение Г. М. Прохорова к многовековой дискуссии, был ли автор творений, дошедших до VIв. (когда они были открыты заново) и до нашего времени, Дионисием Ареопагитом (Деян 17. 34) или кто-то другой «укрылся за этим именем». Я полностью согласен с «отрицателями отрицателей».
На полях этого места древнего рукописного перевода «послания…» на церковнославянский язык – комментарий средневекового монаха: «Он говорит об условны знаках, … что не форма они, но маска и приблизительное обозначение более глубоких умозрений и представлений» (Там же, стр. 183).
Великолепное определение: «Не форма знаки, но маска и приблизительное обозначение более глубоких умозрений и представлений»!
Объемистый «Словарь Библейского Богословия» (перевод со второго французского издания. Брюссель, изд-во «Жизнь с Богом», 1978) в статье «Знамения/знак» так определяет предмет статьи: «Знамения/знак – это некий воспринимаемый чувствами предмет – Я бы определил знамение/знак шире: это воспринимаемый чувствами или сердцем (умом) некий феномен, явление (греч. Слово «феномен» означает «являющееся»). Цитируемая статья фактически придерживается такого же мнения, говоря о душе как «приемнике» знаков от Бога. – Ф. В. - , который… служит для передачи информации о каком-либо лице, явлении и др. Через знак передается мысль или воля того или иного лица, узнается о существовании чего-либо. Бог, применяясь к нашей природе,… также обращается к нам посредством знаков (которые в русском переводе Библии названы «знамениями»)… Все знаки даются людям, душа которых открыта Слову Божию (ср. Исх 7. 13; Ис 7. 10 слл), дабы они жили верою» (Указ. соч., стбц 398 – 399, 401).
Для современного читателя, предпочитающего «философский» язык, процитирую и советского автора: «Знак всегда и непременно замещает явление… [, на которое он указывает]. Художественный символ отражает [, а не замещает]… Знак всегда лишь указывает на что-то, не будучи органически связанным своей собственной структурой… с тем, на что он указывает. Иными словами, смысл знака всегда … трансцендентен (т. е. в данном случае – смысл знака всегда находится за пределами самого знака. – Ф. В. – «Трансцендес» («Трансцендентис») (латин.) – выходящий за пределы.)… [Согласно Гегелю,] «знак есть непосредственное созерцание, представляющее совершенно другое содержание, чем то, которое он имеет сам по себе… Собственное содержание созерцания и то, знаком чего он является, [нередко] не имеют между собой ничего общего» (Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. М., 1977, т. 3, стр. 294)» (Дубцов Н. Н. Символ в искусстве и жизни. М., «Наука», 1991, стр. 55 – 56).
Мое отношение к знакам (знамениям) определяется, прежде всего, практическим правилом: в боевой обстановке нельзя быть доверчивым. В такой обстановке должен «работать» старый и мудрый солдатский принцип: «на службу не напрашиваются – от службы не отказываются»… - Есть и замечательный курсантский принцип, который я твердо усвоил еще в 50-ом году, в ТБК (теоретический батальон курсантов) Борисоглебского училища: «Любая кривая, далеко обходящее начальство, короче прямой, проходящей мимо него»… Но тут мудрый принцип неприменим: когда «начальство» - Господь, любая кривая проходит «мимо» Него!...). К любому замеченному феномену, если при этом не возникает твердой уверенности (которую ни с чем не спутаешь, если хоть один раз испытывал ее), что этот феномен – знак «свыше», нужно относиться серьезно (не «отмахиваться» от него), но настороженно: не исключено, что это действительно знак (знамение) и он – от Бога; но с другой стороны, знак ли это? И если знак, то от Бога ли?
Я «не напрашивался на службу» (очень тяжкую), мне она была «задана», как минимум, определенными соседями (см. «Боевую диспозицию») и тремя основными знаками – и только ли ими?.. Лишь совсем недавно я понял, что две яркие, незабываемые «картины», которые я увидел странным «внутренним» зрением осенью 72-ого года, когда пытался читать Евангелия (см. «Пролог»), - это тоже знаки! Но знаки, так сказать ,»служебные» - указывающие, соответственно, на второй основной знак (который последовал почти через 10 лет) и на третий основной знак (который последовал почти через 14 лет)! И даже, кажется, догадался, почему именно на второй и третий основные знаки: первый основной знак ошибочно истолковать почти невозможно, а второй и третий – вполне возможно!..
