Но суетиться было несколько поздно. Не скажешь же ему — вали отсюда, тем более что он, по всему судя, союзник. Так недолго и вообще все похерить ко всем чер… ну, в смысле вообще все сделать через одно место. Ссориться мне ни с кем нельзя.
Будить посреди ночи ни Скарапею, ни кота, ни Полкашу мне не хотелось. Поэтому я тихонько потопала ногой, надеясь, что домовые среагируют на призыв вне хаты.
— Чего изволишь, матушка?
— Стол, — сурово сказала я. — Для Кощея-вегетарианца. Ну, и Анчутка вроде все что угодно ест, соберите там что-нибудь.
Пока я добралась до дома и вошла, «что-нибудь» уже стояло на столе. Немало оказалось: орехи всех возможных сортов, опять сдобные пышные булки — нет, это невыносимо уже, два пирога с какими-то пахучими травками, рыбина в половину моей нынешней ноги, жареный птичий трупик на тарелочке, три крынки — с молоком, настойкой и чем-то похожим на слабое пиво по цвету — ну или не пиво, я решила на всякий случай не пить, огромный кувшин с квасом, ягоды, сливки и — как главное угощение — три яйца посреди стола на позолоченном блюде.
Шуганув со стола белку, домовые откланялись, а я пригладила три волосины, поправила юбку, вышла на крыльцо и приготовилась кланяться гостям. Или как их встречать?.. Ожидание тянулось.
— Они что, пешком идут, что ли? — спросила я, почувствовав, как кот трется о мои ноги. — Тогда они это еще очень быстро.
— Да какой пешком, Яженька. Явились — не запылились, это когда раз — и вот они, два — и их нету! Это Кощей лишний раз погреметь по лесу хочет, все ж таки для него столько воспоминаний, он этот лес еще юной порослью помнит…
— А чем он, кстати, гремит?
Мне нужно было быть готовой к тому, что я увижу скелет и мало того — этот скелет еще есть будет. Главное, не представлять себе сейчас в красках весь возможный процесс.
— Доспехами, Яженька, доспехами.
Ну вот и хорошо, а то костями все-таки неэстетично.
Мы с котом еще повздыхали немного, а потом из кустов выскочил довольный как тыща чертей Анчутка, а за ним вышел…
Не, ну… я была готова ему любой лязг простить. Ох уж эти сказки, ох уж эти сказочники!
— Что, не узнаешь, Ягушка? — наклонил голову… Ой, вот сейчас держите меня семеро! Какой там Полоз! Какая чешуя! Когда есть вот такой!.. Неужто из-за него Яга яблочков решила накушаться?
Хм-м, да, конечно, худ. Конечно, уже немолод. Ну так, на наши лет пятьдесят потянет, хотя и седой. Но какая стать, какая шевелюра, какой профиль! Да чтоб меня съели, это не Кощей — это попаданец в Кощея из голливудского мачо!
— Мгм, — сглотнула я, пребывая в некотором шоке. Кот, зараза, мог бы и предупредить. Знал же, задница, что у меня с памятью нелады, и такая подстава. Челюсть хоть подобрать. Ух, какой жгучий мужчина! — Ты… проходи, садись, вон... У нас еще яйца есть? — негромко обратилась я к коту.
Кощей, конечно, впечатление о себе немного подпортил, когда в полсекунды все три яйца сожрал вместе со скорлупой, но вид у него все равно оставался просто царский. Оголодало его величество, со всеми бывает.
— Ты чешую-то сними, — посоветовал Анчутка, — тут дите, разбудишь еще… а…
Он озадаченно покрутился, почесал рожки. Кот запрыгнул на стол, поначалу присосался к сливкам, но, завидев, как Анчутка вертится, поднял от миски перепачканную башку.
Анчутка принюхивался. Кощей деликатно гремел доспехами, я делала вид, что на него не смотрю, в общем, успешно шла большая лесная политика.
— Ты чего? — спросила я Анчутку. — Ну, мы тут слегка облагородились… Не нравится?
Даже немного обидно стало. Хотя — не ему же тут жить.
— Помазанник тут еще? — спросил Анчутка.
— А где ему быть? Тут. Приобщается к полезному труду. Вон, гляди, какую траншею выкопал.
— А, — махнул хвостом Анчутка, — а она зачем?
— Не знаю пока, — призналась я. — Он как-то немного изначальную задумку нарушил. Буду думать.
— А я думал — под домовину. Еще кумекал — здоровая какая, испужался, что ты его, Ягишна, того… А Енотий был?
— Был. Младенец теперь крещеный. А что не так-то?
Анчутка пожал плечами, поймал хвост, уставился на кисточку, словно на ней был написан какой-то ответ, потом посмотрел на меня и вздохнул.
— Сам не пойму. Не так что-то, следи-ка ты, сестра, за этими попом…
— Слежу, — кивнула я.
— А что у тебя, Яга, в лесу кордоны выставлены? — спросил Кощей. Свою кольчугу он снял, только в штанах звенящих остался, но я не претендовала на то, чтобы он снял и штаны. Хоть он и Кощей, но я пока еще совершенно не в форме. Надо худеть, срочно! — Случилось чего? Окромя того, что Анчутка мне рассказал?
— Вот чтобы не случилось, и выставлены, — муркнул кот и облизал тарелку. — Потому что как что случилось, то ужо не поправить… Траву-то принесли?
О, я и забыла, на красавца-то глядючи. Эх, Яга, Яга, вроде бабка ты солидная, а мужика покажи — кукуха-то и ку-ку! Но тут уж, так сказать, «не виноватая я», красавцы-то сами приходят!
— Поели, попили, пора и делом заняться, — напомнил Баюн, облизываясь. — Я пойду Полкашу приведу, а ты пока, Яженька, Болтай-траву завари, и время-то удачное, луна вон…
