— Сгинь! — мявкнул кот на изображение, и одноглазая женщина пропала, как не было. — Давай, батюшка, отнесем его в озеро да накажем воднику спрятать в ил, в тину, да камнем придавить, и не вопи! — прикрикнул он на зеркало.
Мне даже жалко его немного стало. Но совсем чуть-чуть. Это вещь, и вещь заколдованная, причем так, что даже я не могу совладать. По крайней мере, сейчас мне лучше с ним особо не связываться. Ни к чему рисковать.
— А как вернемся, яства вкушать будем.
— Мне Яга еще яйца должна, — напомнил Кощей. Вот и правда — жлоб редкий! Еще и памятливый. Не бывает без недостатков ни людей, ни нечисти.
Я дождалась, пока они уйдут, помахала им вслед — авось дорога легкая будет, да и что тут идти, и села на лавку. Скарапея кормила Изечку, и лицо у нее было умиротворенным.
— Отберешь, стало быть, — печально сказала она. — Что же, я свое дело сделала.
И она поняла, выходит? Ну а как я могу поступить иначе? Нужно наладить то, что было испорчено. И нашего согласия никто не спрашивает.
— Прости, — только и могла сказать я. — Ты правда самая лучшая. Поедим, да собирайся. Там и ему, и тебе безопаснее будет.
Эх. Как ни крути, вот выдается такая трогательная минутка. Тишина, покой и запахи еды. И кто мне вредит, мы узнали, и почти все у нас пошло хорошо. Самое время погрустить немного, предаться меланхолии. Еще пару дней назад я сказала бы — и выпить, но после вчерашнего уже как-то не особо тянуло.
И обязательно этот момент надо было испортить.
— Ох, Ягушка, а ты все хорошеешь да хорошеешь. Свет очей моих, краса неземная, Навь ли тебе на пользу пошла али травки какой откушала?
Анчутка сидел на подоконнике и болтал ногами. Выглядел он очень довольным.
— Ты не трепись попусту, — заметила я с напускной суровостью, но сама замерла в ожидании. Ведь сейчас либо я окажусь права, либо нет. А тогда все начинать сначала.
— А не попусту не получится, Ягушка. Не было в Тридевятом ни ведьмака — почитай, последнего Змей спалил, еще когда летать по-нормальному мог. Замучил тот ведьмак у него по вотчине шариться да девок сельских портить. Ни предсказания не было.
— А это значит…
— Не из Тридевятого царства наш Полкаша. Ну, это мы могли у него и сами спросить.
Ага, а почему так не сделали? Сидели четыре дурака, ага. Вот так оно всегда и бывает.
— С другой стороны, он и недоговаривать мог.
— Это верно, сестра, надо знать, как спрашивать, — ухмыльнулся Анчутка. — Да и толку-то оно с того было? Мы знать хотели, кто его сюда подослал. Но ты сюда его кличь, сейчас про все и спросим.
— Не получится, — хмыкнула я. — Я его заместо цесаревича отправила с богатырями. Приходили тут… тьфу. Да и толку, Полкаша… в общем, пустышечка. У него и правда свои цели были.
Угу. А я чуть голову не сломала тут разбираться.
— Ха! — фыркнул Анчутка. — А помазанником до сих пор пахнет.
— Ну, пахнет, — согласилась я. — И будет пахнуть. Еще пару часиков точно. А потом… а потом надо будет…
И мы, не сговариваясь, посмотрели на корзинку с Изечкой. Скарапея теперь мурлыкала ему негромкую песенку.
— Да, пахнет, — вздохнул Анчутка. — И пахнет, и надо будет. Темные грядут времена, сестра.
Но следующие дни прошли спокойно.
На фоне всех событий даже скучно, если не считать того, что у Кощея крыша поехала. После визита царских дуболомов я ожидала, что он обратно в Кудымское царство чесанет, а у него полководческий кризис случился. Выражалось это в следующем: лес был переведен на военное положение, зайцы отловлены и пересчитаны, птицы развешаны по веткам, по периметру все перекопано… Особо зверствовать я ему не давала, он-то уедет, а мне тут жить, но передвигаться стало затруднительно. Стой, кто идет, ползет, летит, не так свистишь, не так летаешь — последнее уже мне в ступе. Я Кощею пригрозила метлой…
Но понимала, что он прав. Врага надо встретить лицом к лицу, а не с голым задом.
Я скучала по Изечке, наблюдала, как на огороде разрастается всякая важная трава, периодически даже тестировала — то чтобы спать лучше, то чтобы проснуться быстрее, то еще для чего-нибудь. Делала маски на физиономии, однажды напугав Анчутку так, что он, бедный, с окна свалился прямо в свежевырытый окоп. Кот с утра проваливал по делам, возвращался почитай к ночи, мрачный и недовольный, мало ел, скверно спал…
Мы все понимали, что надвигается что-то недоброе. Примерно представляли, откуда ждать, но это как гороскоп. Мол, сегодня случится какая-то фигня, а вот что именно — интернет отключат или карточку заблокируют, это секрет.
— Хорош уже тыгыдымкать, — рявкнула я на кота, кажется, на третью ночь. — Вставать скоро, ты все носишься.
Кот скребся в углу, я вздохнула. Вот он и Баюн, а толку? Но хоть на заднице по полу не ездит, и то хорошо. Когтеточку ему, что ли, сделать из полена и веревки?
— Не могу понять, кто же Лиху доносит, — проворчал кот, вспрыгивая на кровать. Я хекнула и попыталась выползти из-под него — все же вес у него как у доброго добермана. — Всех опросил, всех проверил, соврать мне никто не мог…
Я кивнула. Все равно сон перебил. Да и рассвет уже какой-никакой в окне брезжил.
