Караул! У меня чуть голова не взорвалась от паники. Он что, мысли читал?! Все, все пропало!
— Не шуми так, Яга, — потер лоб ведьмак. — Не вижу я твоих мыслей. Только те, что в мою сторону, ведомы мне.
— Ага, — осторожно выдохнула я. — Поэтому тебя и привечают, потому что ты знаешь, кто приветит?
— В некотором роде верно, — улыбнулся ведьмак.
Чтение мыслей… А интересно, конечно, пусть и не всех подряд, а только на тебя направленных. Ну кому не хотелось узнать, что там те две клуши о тебе думают, неспроста же хихикают в углу — коровы! — точно сплетни разносят. А вот был бы как ведьмак этот… Черт, точнее, не черт… а, так и не спросила, как этого ведьмака-то зовут.
— По разному меня зовут, — хмыкнул он, в чтении мыслей были свои прелести, повторять вслух не надо было. — Кто с хлебом-солью, кто «эй», а кто и пинка добавляет…
— А у Полкашиного батюшки как звали? — правда, я тут же вспомнила, что в Полкашу я парнишу сама превратила, а имя у него более традиционное. Но ведьмак, судя по кивку, и так понял.
— По всем правилам богатого торгового дома, — оскалился он. — Сначала привечают, потом знаний хотят, а когда не получают того, что нужно, то гонят.
— Значит, он из торговцев, что ли? — вот что-то мы определенно не то спрашивали у Полкаши, все про заговоры и тайные знания, а нет чтобы про быт спросить, про отца… Ну, чего уж теперь. — А про невесту из Нави — это бред или правда? Какая ему невеста? Где я ему здесь ее возьму?
— А кто сказал, что ты ее возьмешь? — удивился ведьмак.
— Так ко мне же он с яблоками пришел! — очень уж я хотела добиться ответа, с чего весь сыр-бор начался.
— Так от тебя и уйдет. А потом жизнь дале долгая, встретит свою невесту, — хмыкнул ведьмак. — Линии так сплелись, что ты ему нужна была. А тебе яблоки. Что, худо стало, что ль, от этого? Нет. Смотрю, что и Черный лес встрепенулся, и сама ты, Яга, дикой нелюдью быть перестала. А нехорошо это, когда страж границы тянется к одной из сторон...
— Чего сразу дикой? — немного обиделась я. Хотя да, поведение той Яги — ну, порой было… ну да… диковатым. Гуманизмом и не пахло, пахло печеным богатырем в яблоках.
— А теперь вижу я, что другою ты стала. Так кому плохо от того, как линии судьбы сплелись?
Ну знаешь ли! Я от возмущения надулась, а потом так же и сдулась. Ну да, мне уж точно неплохо, может, я у себя там умерла. И скорее всего, так оно и было. Да, конечно, еще немало разгребать за прошлой хозяйкой этого тела, но дело делается понемногу. Только бы пережить эти все проблемы с царями, богатырями, наследниками и Лихо.
— Но не о том я пришел сказать, — посерьезнел ведьмак, но прежде чем продолжить, запихнул в себя еще одну булку. Ну и мастер же облома! Я уже настроилась на супер-жуткие новости, а теперь была вынуждена слушать, как ведьмак чавкает. И так аппетитно, собака, что и я не удержалась, взяла булку и даже надкусила.
— Завтра у тебя под окнами все войско Кудымское станет…
— Кхе-кхе! — услышав такую новость, я вздохнула, когда не надо было, и булка попала не в то горло. От кашля и слезы полились, и лицо покраснело. А когда откашлялась, то спросила у ведьмака: — Вот ирод, специально, что ли, подгадал?! Хотел царю Кудымскому службу сослужить, прикончить Ягу заранее?
— Да тебя ж разве прикончишь? — хохотнул ведьмак, но все-таки снова вернулся к невеселой теме. — Войско идет без отдыха и устали, впереди воевода — тот, у которого теперь всегда на одно ухо повязка… И на это ухо он глух, говорят.
— Это еще почему? — поинтересовалась я.
— А это тебя спросить надобно. Съездил единожды воевода к Яге и с тех пор глух. И ухо повязкой прикрывает. А что там, то ли нет уха, то ли что похуже уха, то никому не известно из посторонних. А кто узнал, голова того и покатилась с плеч.
— Ой, резко он так… — я поежилась. Мама дорогая, что я там этому воеводе сделала? Откусила ухо, как Тайсон, или что-нибудь колданула непристойное, и теперь вместо уха другой орган какой?
— Так воевода это присказка, а вот сказочка сама дальше. За дружиной на коне вороном едет сам царь Кудымский, в мехах да золоте, в доспехах да при мече, — ведьмак ну чисто сказочник рисовал картины словами. — Волосья черны, очи черны, борода…
— Тоже черна, да, — не выдержала я. Уже как бы понятно, что царь брюнет, а может, даже и монгол какой, кто ж его знает.
— Ты слушай, Яга, не перебивай! А рядом на коне кауром скачет царица… али не царица… Красоты неописуемой. Очи горят, губы манят, волосы на ветру развеваются, стан такой… — ведьмак руками показал, что и где у этой неизвестной выпирает. — Голову эта женка царю вскружила, что скажет, то все выполнят. Да только не в любви там дело… и золото в руки царя пошло, и пленные работают в городах, а вот у соседей то мор, то несчастье… К чему бы это, Яга?
— Совпадение? — предложила я. — Ну или она ведьма.
