Тряпичная кукла полностью

Женщина-полицейский открыла дверь и ввела его в чистенькую квартирку, по которой плыли ароматы бекона и свежесваренного кофе. Нежный ветерок колыхал занавески и тихо теребил яркие цветы на столе в гостиной. Просторную комнату украшали пастельные полотна, свидетельствуя о хорошем вкусе хозяйки, и настоящие, хорошо подогнанные деревянные полы. Одна из стен была полностью увешана фотографиями, на столе рядом с мойкой сушился тостер. Где-то за стенкой шумела вода.

– Эшли! – крикнула женщина-полицейский.

Воду тут же выключили.

– С вами пришел поговорить детектив-сержант Коукс.

– Он так же красив, как и по телевизору? – отозвался голос с мягким эдинбургским акцентом. Женщина смешалась и в этот момент Эшли, к ее ужасу, добавила: – Я с вами согласна, судя по виду, его, перед тем как выводить на люди, надо хорошенько отмыть…

– Судя по виду, он сейчас уснет, – попыталась перекричать ее женщина.

– Когда войдет, скажите, что на кухне есть кофе.

– Эшли…

– Что?

– Он уже вошел.

– Боже правый! Он что, все слышал?

– Да.

– Ну я и дура…

Не зная, как выпутаться из неловкого положения, женщина-полицейский выбежала из квартиры и присоединилась к коллеге. Услышав, что женщина за тонкой перегородкой трет себя мочалкой, открывает какие-то флаконы и пользуется аэрозолями, Волк, застывший перед стеной с фотографиями, непроизвольно к себе принюхался. Снимки были простые, живые, без всякой обработки: приятная молодая женщина то на пляже с друзьями, то в парке с мужчиной старше ее, то в Леголенде с мальчиком, вполне возможно ее сынишкой. Когда он взглянул на их восторженные лица, явно запечатленные в погожий, солнечный день, у него упало сердце.

– Это Джордан, ему сейчас шесть, – прозвучал за спиной мелодичный голос, в котором и близко не было скрипучих ноток Финли.

Волк обернулся и увидел в проеме ванной комнаты ту же самую ошеломительную женщину, которая глядела на него с фотографий. Темно-русую голову венчал скрученный из полотенца тюрбан. Она надела лишь короткие джинсовые шорты и светло-серый топик. Волк прошелся глазами по ее длинным, поблескивавшим от воды ногам, пришел в смущение и вновь повернулся к фотографиям.

– Не трясись, – прошептал он себе.

– Простите, что вы сказали?

– Я спросил, где он.

– А по-моему, вы произнесли «Не трясись».

– Ничего подобного, – с невинным видом покачал головой Волк.

Эшли посмотрела на него каким-то странным взглядом.

– Я отправила его к матери, после того, как… Ладно, будем говорить прямо, после того, как этот свихнувшийся маньяк пообещал нас всех убить.

Волк прилагал титанические усилия, чтобы не пялиться на ее ноги.

– Эшли, – сказала она и протянула ему руку.

Детектив подошел ближе, вдохнул запах клубничного шампуня, которым она только что вымыла голову, увидел перед собой ясные, светло-карие глаза и темные пятна влаги на полотенце в тех местах, где она просочилась сквозь тонкую ткань.

– Коукс, – сказал он, чуть не раздавив ее хрупкую ладошку, и как можно быстрее отпрянул назад.

– Не Вильям?

– Нет.

– Тогда зовите меня Локлен, – улыбнулась она и оглядела его с ног до головы.

– Что?

– Ничего. Просто… вблизи вы выглядите иначе.

– Знаете, журналисты снимают меня, только когда я стою рядом с трупом… а в такие минуты у меня очень грустное лицо.

– Вы хотите сказать, что оно сейчас у вас веселое? – со смехом спросила Эшли.

– Сейчас? Нет, – ответил Волк. – Я вот уже неделю ношу физиономию никем не понятого героя, единственного человека, который достаточно умен и храбр для того, чтобы поймать гениального серийного убийцу.

– Может, так оно и есть? – вновь засмеялась женщина и окинула его заинтригованным взглядом.

Волк пожал плечами.

– Как насчет завтрака? – предложила она.

– А что у вас есть?

– Лучшее в мире кафе внизу на улице.

– Во-первых, лучшее в мире кафе находится на углу моего дома, в нем заправляет Сид, а во-вторых, вы находитесь под охраной и не можете выходить из квартиры.

– Вот вы меня и защитите, – небрежно бросила она, толкая створки закрытых окон.

Волка одолевали противоречивые чувства. С одной стороны он хорошо знал, что не должен ей потакать, с другой наслаждался этой беседой и не желал нарушать ее каким-нибудь необдуманным поступком.

– Я сейчас, только туфли надену, – сказала она, направляясь в спальню.

– Может, заодно и брюки? – предположил он.

Эшли остановилась, взглянула на детектива, притворившись оскорбленной, и увидела, что он, перед тем как отвести глаза, опять посмотрел на ее ноги.

– Почему? Я действую вам на нервы?

– Отнюдь, – безразлично сказал Волк. – Просто вы выглядите ужасно. Фу! В таком виде я не могу с вами пойти.

В ответ на его неубедительный упрек Эшли вновь засмеялась. Потом подошла к сушилке для белья, сняла бретельки топика, который тут же сполз ей на бедра, и стащила джинсовые шорты. Волк был слишком поражен и поэтому даже не подумал отвести глаза. Женщина натянула узенькие потертые джинсы с дырками на коленях и без труда стянула волосы в небрежный конский хвост, сделавший ее еще привлекательнее.

– Так лучше? – спросила она его.

– Ничуть, – честно ответил он.