– Это она, расистка? – спросила Тильда Йорансдоттер и бросила взгляд через плечо в сторону коридора, где только что скрылась Карина Бюрстранд.
Администратор входила в муниципальный совет Стентрэска от партии Шведские демократы[12], активно работала в комиссии по культуре. О ней часто писали местные газеты, в социальных сетях она считалась весьма непопулярной.
– Какой ужас, – проговорила Тильда, – что они работают на самой обычной работе. Всех их надо гнать взашей.
Карина Бюрстранд и Викинг всю школу отучились в одном классе. Ему не нравились ее политические взгляды, однако он никогда не слышал, чтобы она ставила под сомнение право своих оппонентов зарабатывать себе на жизнь. Да, похоже, с толерантностью и у тех, и у других проблемы.
Склонившись над столом, он включил допотопный магнитофон, стоявший рядом с телефоном. В аппарате по-прежнему использовались кассеты, что прекрасно работало. Викинг не понимал всеобщего ажиотажа по поводу цифровизации.
– Допрос свидетеля Тильды Йорансдоттер, полицейский участок Стентрэска, 26 августа 2020 года, время 13.20, ведет допрос Викинг Стормберг.
Он устремил строгий взгляд на юную женщину, сидящую перед ним, отметил, как глаза у нее еще больше округлились, а руки замерли на шопере, лежащем на коленях.
– Итак, мы допрашиваем вас для сбора сведений по поводу преступления, совершенного в этом муниципалитете некоторое время назад. Насколько я понял, вы работаете официанткой в отеле «Лапония» в Арвидсъяуре. Как давно вы там работаете?
– С февраля прошлого года.
– Вы были знакомы с кем-либо в Арвидсъяуре до того, как начали там работать?
Она задумалась на несколько мгновений.
– У меня есть троюродный брат в Клэппене, – ответила она. – Таксист. Хотя я его не очень хорошо знаю, ему типа за тридцать.
Викинг взял другую бумагу.
– Если я правильно понял, вы состоите в отношениях с одним из солдат, проходивших службу в егерском полку К4 в этом году. Неким Каспером Османом.
Теперь она слегка поерзала, усевшись поудобнее, расправила плечи.
– А это здесь при чем?
– Пожалуйста, отвечайте на вопрос.
Она откашлялась.
– Да, это мой… мы встречаемся.
– И как давно у вас с ним отношения?
Она заложила за ухо прядь волос, во всем ее облике чувствовалась гордость.
– С прошлого лета.
– Где вы познакомились?
– Он пришел в паб со своими друзьями.
– С остальными срочниками?
– Это называется «военнослужащий».
Викинг приподнял брови. Детский сад теперь называется не садиком, а дошкольным учреждением, это ему объяснила Юсефин. Работают там не воспитательницы, а педагоги. Уборщицы стали мастерами чистоты, а срочники – военнослужащими. Страшно даже подумать, как теперь называются шоколадные шарики.
– А что произошло, когда он дембельнулся? – быстро спросил Викинг.
Волосы рассыпались, упали ей на лицо.
– Что вы имеете в виду?
– Вы по-прежнему вместе?
– Ясное дело.
Теперь ее голос звучал более уязвимо.
– Где он сейчас?
– Поехал домой в Тенсту, у него там масса дел, но Каспер обожает Норрботтен. Возможно, переедет сюда.
Викинг разглядывал юную девушку. Доверчивость, наивность. На мгновение увидел себя в своих отношениях с Хеленой. Любовь к интересной личности – ведь она приехала из других мест, но заметила его, выбрала его.
– Вы слышали о краже оружия в Польберге? У Юхана Бьёркмана?
Она пожала плечами.
– Ясное дело. Об этом все знают.
– Вы с Каспером обсуждали кражу оружия?
Она моргнула несколько раз.
– Что? Типа по телефону?
– Например.
Она задумалась.
– Не думаю, – ответила она.
– А раньше вы с Каспером разговаривали о Юхане Бьёркмане? О том, что у него дома хранится оружие, поскольку он командир подразделения самообороны и охотник?
Круглые глаза округлились еще больше.
– Да-а, может быть, точно не знаю, – ответила она. – Мы разговариваем друг с другом обо всем на свете.
– Вы ему доверяете?
– Само собой! Он моя вторая половинка.
Ох ты боже мой.
– Вы рассказывали Касперу, где именно живет Юхан Бьёркман? И какое оружие хранится у него в сейфе?
Теперь у нее сделалось обиженное лицо.
– Я понятия не имею, какое у него оружие, откуда мне это знать?
– Однако вам известно, что он в самообороне? И охотник?
– Но ведь об этом все знают! Почему вы меня об этом спрашиваете?
Викинг приподнял брови.
– Стало быть, вы проинформировали своего бойфренда о Юхане Бьёркмане, о том, где он живет, и о том, что у него хранится целый ряд разного рода оружия, я правильно понял?
– Но ведь… то есть, не в этом смысле… Каспер бы никогда…
Викинг молчал, наблюдая, как осознание очевидного медленно укладывается в голове молодой женщины.
– Вы хотите посадить его! – с возмущением воскликнула она. – Вы охотитесь за ним только потому, что он мигрант! Пытаетесь отыграться на приезжих! Проклятые свиньи!
Она попыталась встать.
– Сидеть, – сказал Викинг. – Мы еще не закончили.
– Я с вами уже закончила, – заявила девушка, но села на место.
– Вы все расисты, – выпалила она. – От первого до последнего. Трижды проклятая айна.
Теперь она рассердилась. И испугалась.
– Как вы думаете, Каспер может быть замешан в преступлении? – спросил Викинг.
Ответ последовал мгновенно.
– Точно нет.
– Почему?
