В начале апреля, когда Викинг Стормберг по окончании лечения вернулся в Стентрэск, с ним связался его друг Матс Викандер и призвал его, если он того хочет, зарегистрироваться в приложении знакомств Tinder и указать, что он хочет познакомиться с женщиной в возрасте около 50 лет, живущей на побережье Норрботтена. Викинг ответил, что это точно не для него.
Однако время шло, и посреди полного одиночества в трехкомнатной квартирке на Кварндаммсвеген его начали грызть сомнения. Правильное ли решение он принял? Что он рискует потерять, когда уже потерял все? Покой, жену, честь?
Жизнь?
Ему пришлось обратиться за помощью к Матсу, чтобы правильно ввести все данные в приложение Tinder. Затем ему посоветовали просмотреть подборку женщин, соответствующих его запросам, и сходить на несколько свиданий – не на ужин, где рискуешь застрять на несколько часов, а в бар или на чашку кофе. Он выпил пива в баре с акушеркой из Будена и по чашечке кофе с архитектором из Питео. Обе оказались очень милы и любезны, особенно архитектор, и обе обиделись, когда он не захотел больше встречаться. После встречи в Питео он сообщил Матсу, что ему надоело ходить на свидания. Поэтому ему были даны инструкции, как провести по экрану в нужную сторону, то ли вправо, то ли влево, чтобы встретиться с консультантом по IT из Лулео по имени Алиса Эрикссон.
Однажды в субботу они встретились за обедом в ресторане «Чинакруг». Алиса Эрикссон, 49 лет, недавно переехала в Лулео, у нее были темные волосы, короткая стрижка, карие глаза и очки. Тело у нее было стройное и гибкое, грудь почти плоская. Возможно, она выглядела несколько старше своих сорока девяти, но кожа была гладкая, без морщин, а глаза большие и ясные.
– Подтяжка лица, пластика глаз и ботокс, – пояснила она. – Коричневые линзы, филлеры, уменьшение носа. К тому же я вынула силикон.
– Это хорошо, – сказал Викинг. – Мне они всегда мешали.
В середине апреля Карин Стормберг получила приглашение на вакцинацию от нового вируса COVID-19, но за пару дней до первого укола она заболела. Поначалу болезнь выглядела не опаснее, чем обычный грипп, но на третью неделю ее состояние резко ухудшилось, и ее госпитализировали в ковидное отделение Сундербюнской больницы. Отслеживание путей распространения инфекции не проводилось, между тем одна из медсестер кардиологического отделения в больнице в Стентрэске отстаивала свое демократическое право отказаться от вакцинации. Она встречалась с Карин Стормберг для рутинной беседы по следам операции утром того дня, когда та начала ощущать первые симптомы. Задним числом медсестра утверждала, что очень довольна своим решением не вакцинироваться.
15 мая Карин Стормберг подключили к прибору ИВЛ. Ее сына, Викинга Стормберга, на отделение не допустили.
Неделю спустя Карин умерла.
В канун празднования Мидсоммара Викинг Стормберг представил Маркусу и его семье Алису, свою новую спутницу жизни. Маркус не проявил особого интереса, Алиса застеснялась.
Несмотря на скорбь по умершей бабушке, они отправились на празднование Мидсоммара на луг неподалеку от Квардаммсвеген. Там выступал духовой оркестр Стентрэска, и Тильда Йорансдоттер, недавно вернувшаяся домой из Арвидсъяура, пела в микрофон веселые песни.
Вокруг украшенного цветами и венками столба шли традиционные игры и забавы. Стоя рука об руку, Викинг Стормберг и Алиса Эрикссон смотрели, как их общие внуки прыгают и скачут в коллективном танце.
Как раз когда подошла к концу песенка «Лягушечки, лягушечки», к Викингу подошел Роланд Ларссон, чтобы сообщить неприятную новость: на болоте Кальмюрен сборщик ягод сделал страшную находку.
Всплыло из трясины тело его погибшей супруги.
Роланд Ларссон выразил соболезнования, однако высказал мнение, что так будет лучше. Теперь в этой истории можно будет поставить точку.
По понятным причинам Викинг точно знал, что на болоте нашли не Хелену.
Там совсем другой человек.
Но эту историю мы расскажем в другой раз.
В середине 80-х я была замужем за советским инженером.
Осенью 1986 года наш брак зарегистрировали под красным знаменем во Дворце бракосочетаний в Ленинграде.
Этот человек был мой хороший друг, которому стала совершенно невыносима жизнь в Советском Союзе. Дело дошло до того, что он собирался перебежать границу с Финляндией – пусть даже пограничники застрелят его, ему все равно.
Единственное, что можно было сделать в такой ситуации из сочувствия к нему, – это заключить брак, чтобы он мог выехать из страны.
Чтобы брак был признан законным, мне пришлось регулярно приезжать в Советский Союз. Я познакомилась с обычными гражданами, пытавшимися создать себе жизнь в условиях сурового репрессивного режима. Узнав, как жили люди по ту сторону железного занавеса, я многое запомнила навсегда.
Кстати, тому инженеру удалось выбраться из СССР. Сейчас он проживает в США.
Над историей Викинга и Владлены я размышляла долго. Разумеется, все это вымысел, построенный на сценариях, которые могли бы реализоваться.
Я никогда не смогла бы написать эту книгу без помощи многих знающих людей.
