Ханна понимала, что необходимо оценить все случившееся в новой перспективе, и поэтому решила посетить, пожалуй, самое дурацкое в городке здание – местную автозаправочную станцию «Olís». Если не считать стоявшей за прилавком молоденькой девушки, магазинчик был совсем пуст. Ханна пробежалась взглядом по полкам в поисках чего-нибудь спиртного, но там были только газировка, конфеты и сосиски. Внезапно она вспомнила, что в Исландии в обычных магазинах не продают ничего крепче легкого пива, а вино и крепкий алкоголь можно найти только в специализированных государственных магазинах. Вот дерьмо! Зато хоть какой-никакой, а повод завести беседу. Она шагнула к прилавку.
– Не знаешь, где в деревне можно купить алкоголь?
Сделав над собой усилие, Ханна улыбнулась девушке за кассой. На вид той было не больше шестнадцати. Разве это не противозаконно – доверять ребенку распоряжаться автозаправкой? Девушка нехотя подняла глаза – по-видимому, оторвалась от своего телефона, Ханна почувствовала легкую досаду: действительно, как можно отрывать усталого подростка от такого важного занятия!
– Тебе надо в «Винбуд»[37].
– А это далеко?
– У нас здесь все недалеко.
Девушка успела снова опустить глаза. Ханна готова уже была разразиться гневной тирадой, но тут увидела, чем так поглощена юная заправщица: оказывается, она читала книгу. Ханна невольно прониклась симпатией к девушке.
– Что ты читаешь?
Девчушка подняла книгу, и у Ханны возникло желание ее удочерить. Она читала «Здравствуй, грусть» Франсуазы Саган. Может, мир все же не так уж безнадежен?
– «Это неведомое чувство печали и сладости, овладевшее мной
– Ты читала?
Девушка с интересом взглянула на Ханну, та кивнула. Она вдруг ощутила, как ею овладевает неведомое чувство близости с этим ребенком, и, если не упустить этот момент, вполне возможно, между ними установятся доверительные отношения.
– Когда я была подростком, это была моя любимая книга… Собственно говоря, из-за нее…
Ханна была поражена тем, что в данный момент собирается сделать совершенно честное и откровенное признание. Ей заранее стало немного стыдно, однако под вопросительным взглядом девушки она вынуждена была закончить фразу.
– Собственно говоря, читая ее, я поняла, что можно стать писателем.
Теперь уже внимание девчушки было полностью приковано к Ханне.
– Так ты писатель? Как тебя зовут?
– Ханна Краузе-Бендикс.
Глаза девчушки загорелись. Что это, ее узнали?
– Как?! Так это ты?!
Ханна почувствовала, как кровь прихлынула к щекам, в глазах у нее слегка помутилось, она ощутила себя маленьким ребенком, удостоившимся похвалы. Узнавание, а точнее признание ее личности, ее достижений, заставило сердце биться сильнее, наполняя тело чувством легкости, невесомости. Ей и всегда это казалось крайне важным, но чтобы вот так, на какой-то заправке в крошечной исландской деревушке… Она ощутила, как тщеславие обволакивает ее на манер липкой сладкой ваты, которую хочется есть и есть, наслаждаясь тем, как она тает на языке.
– Я читала только одну твою книгу, «Мои дни в одиночестве», и она мне действительно очень понравилась. Как главный герой целый год ни с кем не разговаривал… Это так трогательно.
Ладно, пусть девчонка с автозаправки и не бог весь какая поклонница, но все же. Ханна подумала, что ей удалось отыскать еще один путь к сердцу деревни, которая удивительным и досадным образом то раскрывает ей свои объятия, то отталкивает ее. Сейчас самый подходящий момент, чтобы пожать плоды цивилизованной беседы с поклонницей.
– Хочешь, я пришлю тебе другие мои книги?
– Я не так много здесь зарабатываю, так что…
– Нет-нет! Разумеется, я пришлю тебе их в подарок. Думаю, никогда раньше я не встречала столь юного читателя. Мне это и вправду доставит удовольствие.
Довольно странно, но в данный момент Ханна чувствовала, что ей совершенно не трудно быть приветливой и доброжелательной. К собственному удивлению, она предложила книги без всякой задней мысли. Которая, между тем, все же потихоньку начала появляться.
– Можно мне пачку синих «Кингс» по двадцать штук?
Девушка протянула ей сигареты через прилавок. Ханна достала бумажник и, стараясь, чтобы голос ее звучал как можно небрежнее, перешла к самой деликатной теме:
– Ты знала Тора, того молодого человека, который погиб?
Девушка посмотрела на нее с удивлением, заметно было, что она смущена неожиданным поворотом разговора. Тем не менее она кивнула.
– Вообще-то он постарше меня, но у нас было много общих друзей.
– То есть не близкий твой друг?
Девушка покачала головой – нет.
– Значит, ты не?..
– Что?
Ханна задумалась – как бы выразиться поаккуратней?
– До тебя не долетали слухи о том, что случилось тем вечером? Я имею в виду, что молодые люди порой беседуют и иногда… Ну, не знаю. Может, кто-то, что-то слышал и не хочет идти с этим в полицию…
Девчушка пожала плечами.
– На самом деле разговоров хватает. Но мне как-то не очень хочется их слушать.
Ханна сочувственно кивнула – правильно делаешь.
