Я хочу поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали, за вашу помощь. Когда я совершила самоубийство, мне едва исполнилось шестнадцать лет. После я страшно страдала, и мне было очень, очень плохо. Я видела сидящих за столом отца и мать; они плакали, а я не могла им помочь. Когда настало время предать мое тело земле, пастор не позволил поставить гроб в церкви и отказался служить заупокойную мессу, потому что я, как он говорил, своим самоубийством совершила тяжкий грех. Он также сказал, что по той же причине меня нельзя хоронить на кладбище, и он не удостоит траурную процессию даже взглядом, если та будет проходить мимо него. Я ведь не сама себя убила. Я была одержима. Для моих родителей, брата и сестры это был тяжкий удар. Пастор не захотел даже зайти в комнату, где стоял гроб с моим телом, а произносил что положено из другой комнаты. Его святость не позволила ему находиться в одной комнате с моим телом. Все это только усиливало боль моих родителей. Поэтому даже не думайте, что самоубийство поможет вам обрести убежище в потустороннем мире! Я была одержима, когда лишала себя жизни, не сознавала того, что делала, но вид моих скорбящих родителей все еще заставляет меня страдать. Я очень часто хожу к моей бедной старой матери, а сейчас она уже действительно стара. Я та девушка из Палатина. Вы же помните меня? Соседи только усугубляли боль моих близких, говоря моей матери в лицо, что это большой позор для семьи. Это делало меня глубоко несчастной. Тем более я хочу поблагодарить вас за ту помощь, которую получила здесь от вас. Вы были тем человеком, кто открыл мне глаза и разъяснил мое положение. С тех пор я в определенной степени счастлива, но счастье мое не может быть полным, потому что мне очень больно видеть скорбь моих родителей. При жизни я ничего не знала об одержимости. Повесившись, я увидела рядом с собой мужчину, пристально смотрящего на меня. Только я продела голову в петлю, как он появился. Я изо всех сил пыталась освободиться от петли, но уже вытолкнула из-под ног ящик, так что всем телом висела в ней, не в силах ничего поделать. Пытаясь освободиться, я только разорвала платье и расцарапала шею.
Кто сам лишает себя жизни, тому предстоят горькое разочарование и тяжкие, просто ужасные страдания! От всего сердца благодарю вас за ваши разъяснения и наставления, потому что они очень мне помогли.
В Чикаго у нас был еще один случай, довольно ясно показывающий, какое жуткое и сильное воздействие злобные духи, привязанные к Земле, оказывают на людей, предрасположенных к медиумизму. 12 июля 1906 года мы с женой расположились на скамейке в парке Линкольна, и рядом с нами сел пожилой господин. Моя жена сначала увидела двух мужчин, но при ближайшем рассмотрении мужчина все же был один. Мы разговорились, и вскоре речь зашла об оккультизме. И когда незнакомец, мистер Ф., проявил хорошее понимание медиумических явлений, мы пригласили его к себе домой. Уже вечером следующего дня мистер Ф. пришел к нам, и вскоре моя жена погрузилась в глубокий сон под воздействием умершего, который был чем-то очень взволнован. Он называл мистера Ф. по имени, говорил, что он его друг Б. из Кливленда, который встречался с ним на прошлой неделе в парке Линкольна и договорился с ним снова встретиться там сегодня.
Эти слова сильно поразили мистера Ф., потому что его друг Б. в прошлое воскресенье покончил жизнь самоубийством в своем клубе в Кливленде. Мистер Б. родился и жил в Кливленде. На прошлой неделе он приезжал в Чикаго, чтобы заключить поистине гигантскую сделку. Но в субботу он уехал обратно в Кливленд, хотя деловые переговоры были еще не совсем закончены. Воскресным утром в прекрасном настроении он вышел из дома и направился в свой клуб. Там, побеседовав с несколькими приятелями, он вышел в соседнюю комнату, налил себе в вино карболовой кислоты (фенола), осушил бокал и тут же замертво упал на пол. Мистер Б. был зажиточным человеком с хорошей репутацией. Он был во всех отношениях счастливым баловнем судьбы. То есть у него не было никаких видимых причин для самоубийства.
Умерев, мистер Б. был очень взволнован и удивлен. Он спросил своего друга, что же с ним собственно произошло.
«Я иду домой к жене и детям, но они не видят и не слышат меня. Теперь я уже несколько дней нахожусь у тебя, но ты не говоришь со мной. Что вообще происходит?»
Мы успокоили его и сумели в конце концов разъяснить, что для окружающего мира он мертв. Сказав, что он совершил самоубийство, мы спросили мистера Б., почему он это сделал.
«Но же я не лишал себя жизни. Я пришел в клуб, поговорил там с приятелями, потом вышел в другую комнату, а о том, что случилось там, я не имею никакого понятия. Первое воспоминание после полного провала памяти – это мое лежащее на полу тело и мужчина, с насмешкой смотрящий на меня».
