–Жаль, не успел. Мне стоило остаться.
Быть может, что-то новое узрел.
–Царь-батюшка, –заметил колдун, –Мне
нынче показалось,
Что возглас девушки немного чуден был.
–Помилуй, чаровник, ведь ты-то знаешь,
Царевна наша –невидаль сама.
Открыв глаза, Элия окинула взглядом
опочивальню. Всё было как прежде.
–Это сон! –вскликнула повеселевшая девушка, –
это всего лишь сон. Я свободна. И не дура.
Накинув платье, она спустилась в банкетный
зал. Никаких следов кутежа.
Зал сиял чистотой. Из живых обитателей замка был
только попугай, сидевший на краю спинки царского ложа
и усердно выковыривающий клювом алмаз из трона.
Увидев царевну, он поспешно отбежал на другой край
спинки и, как ни в чём не бывало, уставился в окно. Элия
подошла к птице и погладив пернатого произнесла:
–Бывают же такие красочные сны.
–Ты ещё не одета? –в зал вошёл царевич Эдмант.
–Брат, представляешь, сон явился ночью, – затараторила девушка, не обращая внимания на
недовольство в голосе парня, – Как будто замуж вышла я за принца.
Любили мы друг друга безрассудно.
И вот когда, его я возжелав,
Решила броситься в объятия тугие,
Муж, улыбнувшись странно, вдруг исчез.
А через время появился снова.
В обличьи демона. Взлетел под потолок
И, поливая из ковша водицей
Мне на главу, спросил, не знаю ль невзначай,
Где книгами хорошими разжиться.
Я думаю, чего он тут летает.
Библиотека выше этажом.
Потом додумалась.
Боится выше, сволочь.
Дослушав рассказ царевны, попугай сказал:
«Кошмаррр!…» и упал в обморок. Эдмант, сменив
гнев на милость, нежно обнял Элию:
–Слушать твои сказки страшно.
А не то, чтоб видеть ночью.
Ты, сестра, своё видение
Запиши и дай в темницу
Молодцам, что люд пытают.
Узник тот, кто спрятал правду
И не склонен к разговорам,
Сей сюжет услышав, мигом
К царю с просьбой обратится,
Дабы тот без промедления
Его голову на плаху
Положил без сожаления,
Чтоб скорее с ней проститься.
Потому как видеть гадость,
Что во сне к нему приходит,
После дивного рассказа
У него не будет мочи.
За услугу же такую
Узник скажет всё, что знает.
Что не знает, скажет тоже.
В общем, славен был твой сон.
Элия освободилась от объятий брата и без
тени иронии сказала:
–Так и сделаю, пожалуй.
Ты же в этом мне поможешь.
Если сказ мой станет добрым,
Разукрасишь его сам.
Где отец? Что всё затихло?
Царевич рассмеялся:
–Видно ночью было дивно,
Раз не помнишь об охоте.
Или выпила излишне.
Вот послали за тобой.
–Я? Пила?… Ну да, немного.
Если честно, то не помню.
Впрочем, разве это важно?
Ужасть сгинула в ночи.
Знаю, что не долог путь мой,
С каждым шагом приближаюсь
Я к мечте своей заветной,
К счастью своему большому.
–Раньше надо было выйти.
Счастье там уж извелось,
Вот оно-то и послало
Вашу светлость им явить.
–Свои шутки для любовниц,
Что по замку словно павы
Ходят, попами виляя,
И в углах с тобой резвятся,
Поберёг бы хоть немного.
Будет лучше, если все.
А то выдашь мне с избытком
И не сыщешь, что сказать им.
А ведь в этом сложном деле,
Что в углах у вас вершиться,
Говорили, очень нужно
Остроумием блеснуть.
Эдмант хотел ответить, но решил лучше не
связываться и промолчал.
Выйдя на улицу, Элия зажмурилась от яркого
солнца.
–Что, соня, никак проснуться не можешь? – донёсся знакомый голос из сна. –Догоняй!
В груди кольнуло.
–Кто это? –Вопрос царевны утонул в грохоте.
Охотники уже мчались в сторону леса. Вздохнув,
она неспешно вскарабкалась на носорога и
поскакала за егерем.
Охотников застигли на привале.
–Народу –тьма! –подъехав к брату, произнесла
Элия.
Эдмант косо посмотрел на новобрачную.
–Папуля где? –зевнула Элия.
–Его и ждём.
–Что, за драконом увязался,
А вы у нас опять отстали?
Царевич проглотил оскорбление, стиснув зубы.
–Скажи-ка лучше, в честь чего
Охоту знатную ведём?
Неужто праздник на носу,
Аль просто папику взгрустнулось?
–Ты издеваешься, сестра? –не выдержал
Эдмант.–Пожалуй, нет.
Скорее тронулась рассудком…
Беседу прервали крики: «Едут! Едут!»
Из-за холма показалась группа всадников.
–Глянь, братец. Крайне резво скачут.
Похоже, состязанием живым
Решили хмель изгнать. Да и развлечься.
Монарх спешит. Похоже, будет первым.
За ним колдун. Болтается как тряпка.
Ещё там двое. Их, увы, не видно.
Порфироносец что-то кричал, размахивая
свободной рукой.
–О чём он? –спросила Элия. Брат пожал
плечами.
Смысл слов государя и живого состязания стал
ясен, когда из-за того же пригорка появилось стадо
динозавров. По всей видимости, они следовали
тем же маршрутом.
–Если не поможем, то драконы
К черте финальной первыми придут! – крикнул Эдмант и вскочил на носорога. Рыцари,
последовав его примеру, смело ринулись на
защиту порфироносца.
Увидев подкрепление со стороны «обеда»,
дети леса забеспокоились. Пущенные стрелы
окончательно отбили аппетит, и динозавры
бросились наутёк.
–Папочка, как ты? –Элия повисла на шее
монарха.
–Со мной, дочурка, всё в порядке.
Лишь весть недобрая всю душу истерзала.
Твой муж, Илья…
–Илья –мой муж? –вспыхнула девушка. –Так
то не сон! Какой подлец.
И потеряла сознание.
–Не понял? Это она сейчас про кого? – поинтересовался опешивший самодержец. –А ну-ка,
в чувство привести для уточнения.
Пока царевну откачивали, порфироносец
предался рассказу о славном подвиге зятя.
–В драконову засаду угодили.
