Их взгляды встретились.
–Т…т…ты? –начал заикаться ошеломлённый
монарх.
–Государь? –Влад огорошен был не меньше. –
Вы как здесь очутились?
–То кров моих отцов. Где жажду, там стою, – брызгая слюной, негодовал будущий тесть.
–О! Счастлив я, что вам то удается, – заискивающе лебезил молодой человек, продол-
жая сидеть на властелине. – Однако странное вы место отыскали.
И позу. Почему вы подо мной?
–Слезай сейчас же, –приказал Корвен,
захлёбываясь от ярости. –И о скачке глупой
Ни звука. Слышишь? Ни одной живой душе.
–Конечно, государь. Но… –Влад робко
посмотрел в сторону свиты, –как быть с ними?
Они ведь вслед за нами все скакали.
Убить прикажешь? Или пощадишь?
Только тут монарх увидел своих фаворитов.
Шеренги их заметно поредели. Остались только
самые выносливые.
–Я знал, что не к добру с тобою встреча, – застонал самодержец. – От яда ты уж смерти не дождёшься,
Я сам тебя убью намного раньше…
…–Утренний марафон султана –твоя работа? – зевая, спросил Илья Алексея.
–Почему только марафон? А на пуфике он,
думаешь, сам догадался спать?
–Он что, ещё и на пуфике спал? Шутишь?
–А где я, по-твоему, Влада должен был
положить. У него же свадьба. Казаться будет
дурно, коль не выспится…
…Монарх бродил по замку, горя желанием кого-
нибудь ударить. Народ прятался, понимая, что
одним ударом избиение не закончится. Это ещё
больше раздражало самодержца и, чтобы как-то
развлечься, он крушил утварь замка.
Когда Корвен с грохотом уронил трон, его
посетила гениальная мысль, как выманить
жертву.
–Я объявляю, –прокричал монарх, –через пять
минут
Хочу благословить молодожёнов!
Оголодавшие жители замка в надежде
перекусить стали выползать из своих нор.
–Ну, наконец-то, –плотоядно оскалился
венценосец. –Я уже заждался.
Под ударами Корвена доверчивые вельможи
летали, как воланчики в бадминтоне.
–А как же свадьба? –поинтересовался Влад и
спрятался за Веру.
–Свадьба? –венценосец прервал развлечение.
В его глазах сверкнула молния. Было видно, что он
что-то вспомнил, и это воспоминание не принесло
ему удовольствия.
Совершив прыжок, которому позавидовала бы
пантера, монарх очутился возле жениха с невестой
раньше, чем они успели испугаться.
–На колени падайте скорее, –зловеще
прошипел самодержец, глядя в упор на молодых.
Упали не только Влад с Верой.
–Мужем и женой вас нарекаю, –сообщил
венценосец, не меняясь в лице.
–И всё? –удивился молодожён.
–А что ещё?
–Покушать не мешало б. Жрать охота.
–Поешь в дороге ягод и грибов.
Я Виктору посла вчера направил.
К полудню чтобы были у моста.
–Полна я слёз. И боль изводит душу, – принцесса лицемерно вздохнула, –
Но я мирюсь, хоть тяжко это сделать.
И ты мирись. Куда тебе деваться?
Коли связал со мной свою судьбу.
Постель хоть мы с тобою не делили,
Твоя погибель всё же неприятна,
Ведь в трауре дня два ходить придётся,
А для меня не малый это срок.
–Уж больно рано ты меня хоронишь, –из
последних сил трепыхался Влад.
–Я жить люблю. Так сильно, что порой
Поспешно прячусь за спиной соседа,
Когда мне машет старая косой.
–Надумаешь живым вернуться в замок, –Вера
не унималась, – Отведаешь отравы перед сном.
Во дворе, скрипя железом, переминалась с ноги
на ногу добрая сотня рыцарей. Корвен, светясь от
гордости, произнес:
–Героев поведёшь на бой кровавый.
Часам к восьми чтоб все домой вернулись.
С победой и, конечно же, живыми.
А я, пока вас жду, чуток вздремну.
–Бойцов, смотрю, ты выдал крайне скудно, – Илья третий раз пересчитывал рыцарей.
–Их ровно столько, сколько в силах двинуть
На сечу враг ваш, царь Эрона –Виктор.
–А если будет их намного больше?
–Да ты не бойся. Мы договорились.
Илья подозрительно посмотрел на Корвена.
–По почте голубиной толк имели, –развеял
сомнения монарх.
–А время брани Виктор-царь одобрил?
Быть может, оторвали беспардонно
Его от дел, не терпящих отсрочки? –съязвил
Алексей.
–Одобрил, –не замечая сарказма, ответил
самодержец. – Но лгать не буду. Был вначале резок.
Сперва сказал, что, дескать, ныне занят.
Но, полистав талмуд свой с письменами,
Смекнул зараз, что завтра занят боле.
–Постойте. Без меня не уезжайте! –Боязнь
остаться вне праздника толкала Офелию на
подвиг.
Разодевшись словно на бал, она старательно
карабкалась на носорога. Животное не без
интереса наблюдало за женщиной. Более того,
всякий раз, когда Офелия оказывалась в седле,
носорог по каким-то только ему ведомым причинам
цеплял своим рогом подол наряда и стягивал даму
обратно на землю.
–Мам, –обратился Влад к матери. – Выглядишь роскошно. Но некстати.
Мы, между прочим, тут на битву собрались.
Твоё же пребыванье в одеяньи
Распутной дамы на полях сражения
Невольно вызывает смех здоровый
У доблестных мужей и носорогов.
–Оставим речи. Хватит пустословить! –не
выдержала болтовни Ольга. – Пора и в путь. А то в срок не приспеем.
Не будем заставлять мужей Эрона
О чадах Крина думать недостойно.
Рыцари, парившиеся в доспехах под лучами
солнца не первый час, были того же мнения.
Закинув на хребет носорога Офелию, земляне
поспешили за отрядом.
Территорию двух государств разделял овраг,
с незапамятных времён являвшийся камнем
преткновения в их добрых отношениях. Единственной
связью был мост, построенный непонятно кем,
непонятно зачем и требующий основательного
