Бридуазон должен быть наделен тою простодушною и откровенною самоуверенностью, какою отличаются утратившие робость животные. Его заикание, едва заметное, должно придавать ему особую прелесть, так что актер, который именно в этом увидел бы его смешную сторону, допустил бы грубую ошибку, и получилось бы у него совсем не то, что нужно. Весь комизм Бридуазона заключается в том, что важность его положения не соответствует потешному его характеру, и чем менее актер будет переигрывать, тем более выкажет он истинного дарования.
Костюм его составляет мантия испанского судьи, более просторная, нежели мантии наших прокуроров, и скорее напоминающая сутану, а также большой парик и испанские брыжи; в руке у него длинный белый жезл.
Дубльмен. Одет так же, как судья, но только белый жезл у него короче.
Судебный пристав, или альгуасил. Костюм, плащ и шпага Криспена, но висит она у него сбоку и не на кожаном поясе. На ногах у него не сапоги, а черные башмаки, на голове высокий и длинный белый парик с множеством буклей, в руке короткий белый жезл.
Грипсолейль. Одежда на нем крестьянская: рукава за спиной, яркого цвета куртка, белая шляпа.
Молодая пастушка. Костюм тот же, что и у Фаншетты.
Педрильо. Куртка, жилет, пояс, хлыст, дорожные сапоги, на голове сетка, шляпа, как у кучера почтовой кареты.
Действующие лица без речей. Одни в костюмах судей, другие в крестьянских костюмах, третьи в костюмах слуг.
Сцена представляет полупустую комнату; посредине большое кресло, так называемое кресло для больных. Фигаро аршином меряет пол. Сюзанна перед зеркалом прикладывает к волосам веточку флердоранжа, именуемую шапочкой невесты.
Фигаро, Сюзанна.
Фигаро. Девятнадцать на двадцать шесть.
Сюзанна. Посмотри, Фигаро, вот моя шапочка. Так, по-твоему, лучше?
Фигаро (
Сюзанна (
Фигаро. Смотрю, моя крошка, поместится ли тут великолепная кровать, которую нам дарит его сиятельство.
Сюзанна. В этой комнате?
Фигаро. Он предоставляет ее нам.
Сюзанна. А я на это не согласна.
Фигаро. Почему?
Сюзанна. Не согласна.
Фигаро. Нет, все-таки?
Сюзанна. Она мне не нравится.
Фигаро. Надо сказать причину.
Сюзанна. А если я не хочу говорить?
Фигаро. О, как эти женщины испытывают наше терпение!
Сюзанна. Доказывать, что у меня есть на то причины, – значит допустить, что у меня может и не быть их вовсе. Послушный ты раб моих желаний или нет?
Фигаро. Это самая удобная комната во всем замке: ведь она находится как раз между покоями графа и графини, а ты еще недовольна. Как-нибудь ночью графиня почувствует себя дурно, позвонит из той комнаты: раз-два, и готово, ты стоишь перед ней. Понадобится ли что-нибудь графу – пусть только позвонит из своей комнаты: гоп-ля, в три прыжка я уже у него.
Сюзанна. Прекрасно! Но как-нибудь он позвонит утром и ушлет тебя надолго по какому-нибудь важному делу: раз-два, и готово, он уже у моих дверей, а затем – гоп-ля, в три прыжка…
Фигаро. Что вы хотите этим сказать?
Сюзанна. Прошу не перебивать меня.
Фигаро. Боже мой, да в чем же дело?
Сюзанна. А вот в чем, дружок: его сиятельству графу Альмавиве надоело волочиться за красотками по всей округе, и он намерен вернуться в замок, но только не к своей жене. Он имеет виды на твою жену, понимаешь? И рассчитывает, что для его целей эта комната вполне подходит. Вот об этом-то преданный Базиль, почтенный исполнитель его прихотей и мой уважаемый учитель пения, и твердит мне за каждым уроком.
Фигаро. Базиль? Ну, голубчик, если только пучок розог действительно обладает способностью выпрямлять позвоночник…
Сюзанна. А ты что же, чудак, думал, что приданое мне дают за твои заслуги?
Фигаро. Я имел право на это рассчитывать.
Сюзанна. До чего же глупы бывают умные люди!
Фигаро. Говорят.
Сюзанна. Да вот только не хотят этому верить.
Фигаро. Напрасно.
Сюзанна. Пойми: граф мне дает приданое за то, чтобы я тайно провела с ним наедине четверть часика по старинному праву сеньора… Ты знаешь, что это за милое право!
Фигаро. Я так хорошо его знаю, что если бы его сиятельство по случаю своего бракосочетания не отменил постыдного этого права, я бы ни за что не женился на тебе в его владениях.
Сюзанна. Что ж, отменил, а потом пожалел. И сегодня он намерен тайком вновь приобрести это право у твоей невесты.
Фигаро (
Сюзанна. Да перестань ты его тереть!
Фигаро. А что от этого может быть?
Сюзанна (
Фигаро. Тебе смешно, плутовка! Ах, если б удалось перехитрить этого великого обманщика, приготовить ему хорошую ловушку, а денежки его прибрать к рукам!
Сюзанна. Интрига и деньги – это твоя стихия.
Фигаро. Меня не стыд удерживает!
Сюзанна. А что же, страх?