Хан продолжал отступать, пока не наткнулся на один из регистрационных столов. Опершись одной рукой, кореллианин перемахнул через него. Барабелка сверкнула зубами.
— Трус! Выходи оттуда! Арестуйте его!
— Послушай, Шалламар, — выпалил Хан, — я обыграл тебя честно. Злиться — это неспортивно...
Она с рычанием бросилась на него... но замерла и тяжело рухнула на пол, когда ее ноги охватило парализующее поле. Шалламар металась, била по ковру хвостом, рычала и сыпала проклятиями.
Кореллианин бросил взгляд на гостиничных охранников и с облегчением выдохнул.
Десять минут спустя Хан, Лэндо и все еще стреноженная Шалламар сидели в кабинете службы безопасности перед лицом начальника охраны. Начальник просканировал Хана с головы до пят, но, к большому неудовольствию Шалламар, у кореллианина не нашлось никаких запрещенных устройств.
Теперь барабелка нервно сидела на полу, ее ноги все еще сдерживало поле, и шеф охраны предупредил ее, что дальнейшие подобные выходки приведут к тому, что ее придется исключить из соревнований.
— ...И я думаю, вам следует извиниться перед господином Соло, — закончил он.
Шалламар тихо зарычала:
— Я не буду более досаждать ему. Даю слово чести.
— Но... — начал шеф безопасности.
Хан сделал жест рукой.
— Не нужно, сэр. Если Шалламар оставит меня в покое, мне этого достаточно. Я рад, что смог доказать свою честность.
Начальник пожал плечами.
— Как скажете, Соло. Вы оба свободны и можете идти. — Он посмотрел на Хана и Лэндо. — Я отключу поле и выпушу ее через пару минут.
Он повернулся к барабелке:
— А вы, дамочка, будете находиться под наблюдением. Прошу учесть это. У нас соревнование, а не уличные бои. Вам это ясно?
— Ясно, — прохрипела она.
Хан и Лэндо покинули кабинет. Хан не проронил ни слова, но он слишком хорошо знал Лэндо, чтобы вообразить, будто тот оставит произошедшее без комментариев. Разумеется, как только они ступили на дорожку, ведущую к кафе, Лэндо улыбнулся во весь рот:
— Хан, Хан... все никак не угомонишься, а? Ты все-таки прав... тебе везет с женщинами!
Кореллианин обнажил зубы в оскале не менее жутком, чем у Шалламар.
— Заткнись, Лэндо. Просто заткнись.
Хотя Калриссиан и без того уже не мог говорить — слишком уж сильно смеялся.
Двум друзьям понадобилось несколько часов, чтобы поделиться всеми новостями. Хан выслушал подробный рассказ о приключениях Лэндо в системе Осеон. Выяснилось, что с их последней встречи Калриссиан успел выиграть и потерять немало богатств, в том числе груз драгоценных камней.
— Ты бы их видел, Хан, — горестно проронил Лэндо. — Они были великолепны. Занимали половину грузового отсека «Сокола». Ах, если бы я поберег их, а не грохнул почти всё на покупку половины этой несчастной берубианской шахты...
Хан посмотрел на друга со смесью сочувствия и неодобрения:
— Соляная, да? Не имеет ни малейшей ценности.
— Верно. Откуда ты знаешь?
— Я знал одного парня, который провернул такую аферу. Только это был астероид из дюрасплава.
Хан не стал упоминать, что однажды потерял урановую шахту на полмиллиона кредитов, которую до этого выиграл в сабакк. Шахта была настоящей, но документы оказались подделкой, так что он едва избежал судебных разбирательств, когда акционеры начали расследование.
Но все это было в прошлом, а Хан Соло взял за правило никогда не сожалеть о неудачах.
— К слову о «Соколе», — поинтересовался Хан, — где ты его припарковал?
— О, его здесь нет, — улыбнулся Лэндо. — Я оставил его на Нар-Шаддаа. Половина успеха за игровым столом — это суметь напугать своих противников, заставить их думать, что ты можешь позволить себе много играть, много выигрывать и много терять. Это дает блефу большую эффективность...
— Я помню, — кивнул Хан, принимая совет на заметку. — Так как же ты сюда добрался?
— На одном из этих шикарных лайнеров, «Королеве Империи». Стильный корабль. Не говоря уже о том, что его казино — одно из прекраснейших, что я видел. «Королеву» я буду долго вспоминать.
Хан лукаво улыбнулся:
— Я столкнулся с Синюшкой несколько недель назад, и она сказала, что ты раскатываешь на новом корабле Дреи Рентал. «Бдительность Рентал», дозорный крейсер, ее трофей с битвы при Нар-Шаддаа.
Лэндо прочистил горло.
— Дрея — потрясающая женщина. Для пирата она удивительно... утонченная.
Кореллианин хмыкнул:
— Ну ты даешь, Лэндо! А не старовата она для тебя? Ей же не меньше сорока! Тебе нравится быть фаворитом пиратской королевы?
Картежник ощетинился:
— Я не... Ей...
Хан рассмеялся:
— ...столько лет, что сгодится тебе в матери, а?
Лэндо сверкнул зубами:
— Едва ли. И, Хан... моя мать ни капли не была похожа на Дрею. Поверь мне.
— Так почему же вы расстались? — осведомился контрабандист.
— Жизнь на пиратском корабле... интересна, — протянул Лэндо. — Но немного... грубовата, на мой вкус.
Оглядев щегольской наряд друга, Соло кивнул:
— Еще бы.
Калриссиан успокоился.
— Но, знаешь... мы с Дреей расстались друзьями, — добавил он. — За последние месяцы мне нужно было... Я... — Он пожал плечами с явной неловкостью. — Дрея появилась очень кстати. Я был... В общем, компания мне тогда не помешала.
Хан взглянул на друга.
