То, что она приравняла его к хаттам, стало последней каплей. Хан развернулся и пошел прочь.
— Отлично! — крикнула она вслед. — Я пойду к Мако Спинсу, если хочешь знать. Может быть, он окажется посообразительнее тебя!
От ее слов Хан только ехидно рассмеялся.
— Прекрасно! — прорычал он, не поворачиваясь. — Хорошего тебе с ним разговора. Прощай, Брия.
Он зашагал прочь с поднятой головой, щелкая каблуками по пермакриту. Ему доставляло удовольствие знать, что она остается стоять там, где стоит, и глядит ему вослед.
Большое удовольствие.
Дурга таращился на изображение принца Ксизора на своем голопроекторе.
— Гури изложила мне вашу проблему, — сообщил принц. — Я выделил для Илизии два отряда наемников под командованием опытного Виллума Камарана. Подразделение «Сверхновая» поможет вам справиться с Тероензой и навести порядок. Но это нужно исполнить быстро, мой друг.
— Благодарю вас, ваше высочество, — ответил Дурга. - Как уже, должно быть, сообщила вам Гури, в благодарность за помощь я предоставлю долю от прибыли Илизии за этот год. Пятнадцать процентов.
Уголки губ фаллиина опустились, и он грустно покачал головой.
— Ах, Дурга, Дурга... Я думал, в вас есть хотя капля уважения. Тридцать процентов в течение последующих двух лет.
Дурга вытаращил и без того выпуклые глаза. Такого он и вообразить не мог! Хатт выпрямился.
— Ваше высочество, если я это сделаю, меня сместят с должности главы Бесадии.
— Но если у вас не будет моих войск, вы потеряете всю Илизию, — резонно заметил принц.
— Двадцать процентов, один год. — Дурга произносил эти слова почти с болью. — Они не пробудут там долго, не забудьте.
— Тридцать процентов, два года, — настаивал главарь «Черного солнца». — Я не торгуюсь.
Дурга глубоко вдохнул, чувствуя, как заново дают о себе знать все раны и ушибы, полученные в битве с Джилиак.
— Да будет так, — мрачно постановил хатт.
Ксизор самодовольно улыбнулся.
— Превосходно. Наемники прибудут на Илизию в ближайшее время. С вами приятно иметь дело, мой друг.
Дурге понадобилась вся сила воли, чтобы вымолвить:
— Хорошо, ваше высочество. Благодарю вас.
Он отключил связь и тяжело осел, в отчаянии представляя, что сказал бы обо всем этом Арук.
«Я в ловушке, — мысленно вздыхал он. — В ловушке. И мне остается лишь выжать максимум из положения, в которое я угодил...»
Этой ночью Хану не спалось. Мысли о Брии метались в его сознании, как кометы. «Можно ли ей верить?.. Хочу ли я увидеть ее снова?..»
Он задремал, и ему приснились горы глиттерстима, которые ни с того ни с сего превращались в пачки кредитов. Он нырял в них, катался по ним и кричал от радости, и вдруг рядом с ним оказывалась Брия. Он обнимал и целовал ее среди денежных гор... такого богатства прежде он не мог даже представить...
Хан со вскриком проснулся. Лег, заложив руки за голову, и стал глядеть в темноту.
«Или все-таки согласиться? — размышлял он. — Может, вот он, мой шанс? Я смогу забросить ремесло, собрать пожитки и уйти на покой. Найти себе уютное логово в Корпоративном секторе, и катись Империя колесом...»
Он лежал, ворочаясь и раздраженно взбивая подушку, пока не смог этого больше выносить. Спрыгнув с кровати, он направился в ванную и натянул чистую одежду. Заодно причесал волосы, мельком отметив, что прическа из разряда «не мешало бы постричься» превратилась в «хочешь выглядеть, как Чубакка?».
Затем, держа ботинки в руках, он на цыпочках прошел по темной квартире, не желая разбудить Чуи или спавшего на диване Джерика. Он был почти у двери, когда зацепился носком за что-то твердое и услышал жалобный электронный писк.
ЗиЗи! Хан уронил ботинки и выругался в адрес антикварной железки, дребезжавшей свои извинения.
— Заткнись! — прорычал кореллианин и вылетел вон, хлопнув дверью. Через секунду вернулся, подобрал ботинки и снова исчез.
«Приют контрабандиста» находился на границе корелли-анского сектора. Хан пришел туда еще до открытия и был вынужден вызвать ночного портье. Кореллианину вдруг пришло в голову, что он не знает, под каким именем зарегистрировалась Брия, но едва он начал ее описывать, как скучная физиономия служащего просветлела.
— Ах, она! — Человек облизнул губы. — Она ждет тебя, приятель?
— Скажем так, она будет рада меня видеть, — сказал Хан, бросая на стойку кредит.
— Да, разумеется. Номер 7А.
Хан поднялся на древнем турболифте и прошел по темному коридору с затхлым воздухом. Постучался в дверь. Через несколько секунд послышался голос — ясный, словно она и не спала.
— Кто там?
— Брия, это я, Хан, — назвался он.
Последовала долгая пауза, затем замок щелкнул, и дверь распахнулась в темноту.
— Проходи с поднятыми руками, — донеслись слова.
Соло подчинился, и только когда дверь за ним закрылась, зажегся свет. Кореллианин повернулся и увидел Брию в короткой ночной сорочке и с бластером в руке.
— Чего ты хочешь? — спросила она без тени дружелюбия.
Хан обнаружил, что ему очень трудно не смотреть на ее длинные ноги.
— Да я... просто хотел с тобой поговорить. Я тут... пересмотрел твое предложение.
