— Ммм... — девчонка замялась. — Не совсем. Во-первых, он бы всё равно не поверил, что я тебе помогла. А если бы узнал, что я хорошо владею оружием...
— Кстати, где ты научилась?
Ри вздохнула. Некоторое время она будто раздумывала — говорить или нет, а потом сказала:
— Ты ведь помнишь, как мы познакомились?
— В Таннисе? Да. Тогда ты никак не была похожа на законопослушную портниху, — усмехнулся я, и тут же закашлялся. Творец, как же хочется пить!
— У тебя под правой рукой фляга с водой, поищи. Там же лежит мешочек с какими-то хлебцами. Ареин сказал, что раз ты так несвоевременно покинул нас и пропустил ужин...
Я нащупал фляжку, зубами отвинтил крышку, сделал пару глотков. Мешок с хлебцами тоже нашелся, но есть я пока не хотел.
— ... то было бы весьма остроумно посадить меня на хлеб и воду, — закончил я фразу за Ри. — Так кто ты? И куда направлялась той ночью, когда мы повстречались?
— Я шла домой с работы.
— С прогулки из-за Стены возвращалась? Или опять сказки про портниху будешь рассказывать?
Дикарка на некоторое время задумалась, а потом нехотя сказала:
— Нет. Не совсем... Я не только древности в развалинах Танниса искала, но иногда и как телохранитель работала.
— Ты?! — не удержавшись, воскликнул я. И уже значительно тише добавил: — Но ты же девчонка! Молоденька совсем!
— И что? Полуэльфы взрослеют почти с той же скоростью, что и люди. А большинство человеческих женщин в двадцать пять лет уже давно замужем и даже детей имеют. Моя внешность обманчива, я выгляжу моложе и намного слабее, чем есть на самом деле. Во мне просто никто не заподозрит телохранителя, не будет ждать от меня отпора... Если заказчик — мужчина, то я смогу одинаково хорошо сыграть роль жены, любовницы, дочери, сестры или служанки. Если — женщина, то тоже вариантов много.
Я задумался, в словах Ри определенно был смысл.
— Могу сказать, что на этот раз ты хорошо справилась с работой. Если бы не ты... А тебе много раз доводилось убивать?
— Сложно сказать, «много» — понятие относительное. Но я всегда старалась избежать смертоубийства, если это было возможно.
— Но всё-таки, сколько? Пять? Десять? Двадцать?
Девушка ненадолго задумалась, будто подсчитывая.
— Одиннадцать... вроде бы.
— Серьёзно... — протянул я.
— А тебе? — вдруг спросила Ри.
Отвечать не хотелось, но и промолчать я почему-то не мог.
— Один, — наконец, глухо ответил я.
— И это был орк? — сразу догадалась пленница.
— Да... Скажи, а первый раз это всегда так... тяжело?
Я не хотел, чтобы Ри считала меня изнеженным слюнтяем, но я должен был задать этот вопрос!
— Тяжело. Своего первого мертвеца ты запомнишь на всю жизнь. Его лицо, глаза... Ну, или, в твоём случае, уродливую рожу, — попыталась обратить всё в шутку девчонка.
— Значит, это... нормально? Когда я снес голову орку... она отлетела в сторону, но я успел увидеть, какое было у воина недоуменное выражение лица... В общем, я замешкался и получил мечом по боку.
— Это именно нормальная реакция, которая показывает, что ты не псих, — сказала Ри. И затем еле слышно пробормотала: — Никогда бы не подумала, что скажу такое эльфу...
Я притворился глухим, не хотелось мне сейчас вступать с дикаркой в словесные баталии.
— Что ж, хоть какая-то хорошая новость, — усмехнулся я.
— Так что в следующий раз, когда ты встретишься со смертью лицом к лицу, ты уже не растеряешься.
— Не думаю, что это произойдет в обозримом будущем. Уже завтра мы должны добраться до небольшого города, до Каланары. И, я не сомневаюсь, что Ареин, даже если ему для этого придется полностью обескровить тамошний гарнизон, найдет нам несколько десятков воинов и двух-трех магов для охраны. А потом, еще дня через четыре, мы, наконец, прибудем в столицу, и меня опять посадят под замок. Вокруг выставят толпу стражей, слуг, которые будут делать всё возможное, чтобы я случайно не поранился и не заболел.
— В такой чрезмерной опеке мало хорошего, ты ведь уже не ребенок. Если бы у тебя был опыт реальных схваток, то ты бы сейчас не растерялся и не подставился под клинок орка.
— Объясни это моему отцу.
— Боюсь, он не согласится меня выслушать.
Наверное, я всё-таки зря рассказал Ри про того орка, о том, как меня ранили... Но мне просто необходимо хоть с кем-нибудь это обсудить! А говорить мне больше не с кем. Не перед Ареином же мне душу изливать! Найри рядом нет, а с Яни и Ашей никакого, хоть сколь-нибудь вразумительного, диалога не получится...
— А ты? Сколько тебе было, когда пришлось первый раз убить?
— Не поверишь, двенадцать.
— Двенадцать?! — действительно не поверил я. — Но ты ведь даже по человеческим меркам была еще совсем ребенком!
— В трущобах Танниса рано взрослеют. А после того случая я окончательно и бесповоротно простилась с детством.
— И как это произошло?
— Просто... Ты ведь не сдашь меня эльфийскому Наместнику? — Я опять услышал в голосе Ри легкую усмешку.
— Нет, конечно. Рассказывай.
