Однажды Кемаль услышал, как Джамад, довольно резким тоном, говорил с Зандирой в её комнате. Кемал вошёл и увидел рыдающую Зандиру и трясущегося от злости Джамада.
— Что происходит? Почему ты так горько плачешь? — он подошёл к сестре и гневно посмотрел на Джамада.
— Она совершенно глупая девчёнка, придумала себе какую-то любовь и не желает слушать умных советов. Этот полунищий мерзавец совсем задурил ей голову, — зло сказал Джамад, — никакой свадьбы не будет. Это моё слово.
— Ну, почему же, полунищий? Эта достойная семья и они любят друг друга. Отец был непротив, ты же не будешь спорить, что он не разбирался в людях? — ответил ему Кемаль, — вспомни, как говорил отец «величие души человека видно и имеет значимость только тогда, когда он снисходителен к маленьким людям, и поступай с ними так, как хотелось бы, чтобы поступали с тобой».
— Ерунда, наш глубокоуважаемый отец чуть не довёл нас до разорения своей добротой. А теперь, вы посмотрите, как мы стали жить? Наше богатство растёт с каждым днём. Вот это всё, на какие деньги оно куплено? — Джамад обвёл комнату глазами и, подойдя к Зандире, дёрнул её за сари, — на те, что смог заработать я за короткий срок. Вы живёте за мой счёт и я не потерплю неповиновения. Разговор окончен.
Джамад повернулся и быстрым шагом вышел из комнаты. Кемал постарался успокоить сестру, но она только сильнее расплакалась и, упав на кровать, уткнулась в подушки. Кемал вышел из комнаты и догнал Джамада.
— Послушай, но ведь она любит и любима, а ты делаешь её несчастной. Посмотри, как горько она плачет, — Кемаль попытался объясниться и смягчить брата. Джамад остановился и посмотрел в глаза Кемалю. Тот был сильно удивлён, заметив во взгляде старшего брата столько горя и невырозимой тоски.
— Что вы, маленькие дети, можете знать о любви? О той любви, которая сдвигает горы и поворачивает реки вспять. Когда всё твоё существо трепещет, словно мотылёк, только от взгляда на любимую! Когда ты слышишь биение её сердца, будь она хоть за сотни миль от тебя! Когда закрываешь глаза, а она стоит перед тобой и в твоих ушах звучит её голос! И как испепеляет тебя эта любовь, когда она безответная. Ради этой любви ты готов на всё и хочешь добиться взаимности любыми способами!
Кемаль опешил. Он никогда не видел брата таким взбудораженным и взволнованным. Ещё более странно, Кемаль никогда не слышал, чтобы Джамад говорил вообще о какой-нибудь девушке. Кого он мог полюбить?
— Джамад, я вижу, что ты влюблён, но в кого? И почему твоя любовь так мучает тебя?
Джамад помолчал немного, а потом махнул рукой и ушёл, оставив вопрос Кемаля без ответа. Больше к этому разговору они не возвращались.
В следующие два месяцы, Кемаль заметил, что Зандира стала замкнутой. Уже небыло слышно её весёлого смеха, а в глазах постоянно были слёзы. Она худела день ото дня и стала похожа на затравленного зверька. Он пытался поговорить с ней, но сестра только отворачивалась и уходила от разговора. Но потом, её словно подменили. Тоскливое выражение глаз сменилось на лихорадочный блеск. Она будто ожила, всё чаще стала улыбаться, но не от радостного чувства, а скорее от каких-то своих мыслей. Кемаль решил, что всё устроилось само собой и был рад за сестру.
Однажды, сидя в цветущем саду, он читал старую философскую книгу и увидел Зандиру, медленно идушую по дорожке. Он окликнул её и спросил.
— Скажи мне, что вернуло тебя к жизни? Неужели Джамад дал своё согласие на свадьбу?
Зандира улыбнулась и, нагнувшись к его уху, прошептала:
— Мой милый братец, ещё не родился тот человек, который сможет противостоять мне. Скорее воды Ганга повернуться вспять, чем я отступлюсь от своих надежд.
Она засмеялась и убежала. Кемаль улыбнулся ей вслед, доволный видом сестры и продолжил чтение. Он с маленьких лет, очень любил книги, а их в библиотеке отца было великое множество. Едва выучив буквы, Кемаль стал читать всё подряд, бегая к отцу, чтобы тот объяснил ему непонятные вещи. Фатмур был очень доволен, что сын проявляет интерес к мировой истории, философии. «Читай, читай, сынок. Из книг можно почерпнуть очень многое для жизни» говаривал отец маленькому Кемалю. И он читал, читал много и постоянно, он жил книгами, ставил себя на место героев и обдумывал, как бы он поступал на их месте. Из тех множества прочитанных книг, он сделал для себя вывод: «нет человека, рождённого только для счастья, счастье человека — иметь безграничное терпение и понимания происходящего с ним в жизни». Порой, он так зачитывался, что реалии жизни ускользали от внимания и только что-то, очень значительное могло отвлечь его. Это было тогда, когда умерли мать и отец и тот разговор с Джамадом. Вот и сейчас, он лишь констатировал факт, что сестра стала прежней, весёлой девушкой и этого для него было достаточно. Но грянула беда, которая снова окунула его в реальную жизнь.