Он снял с полки книгу «История ведьмовства», пролистал, наткнулся на строчку: «Считается, что самый яркий признак ведьмы — хвост, причем, голый у молодой ведьмы и обросший волосами у матерой»; «Ведьмина сила усиливается в полнолуние и накануне весенних гроз, а еще в большие праздники, например, Ивана Купалы; его звали иногда Иван Ведьмарский или Ведьмин Иван».
А «ведьмак», оказывается, начальник над ведьмами, поэтому в жизни их случается меньше.
Монах так увлекся, что забыл, где находится. Отдельная глава называлась «Наведение порчи» и содержала много полезных советов и рекомендаций. Заслышав шаги Стеши Харитоновны, он, недолго думая, сунул книгу под свитер.
— Ну что, нашел бумаги? — спросила соседка.
— Не нашел, наверное, полиция забрала.
— Должно, забрала. Теперь не найдешь концов.
— А вы, случайно, не знаете фамилии бывшего мужа?
— Так Сотник же! Миша Сотник, торгует в радиомагазине на площади.
…Спустя полчаса, сердечно распрощавшись с бабушкой, Монах выскочил из подъезда. Не застегивая дубленки, он упал на лавочку у подъезда, чувствуя себя заживо поджаренным на адской сковородке, клянясь, что никогда больше… этот чертов свитер… к черту! Интересно, из чего он сделан? Из пуха белого медведя? Широко открытым ртом Монах заглатывал холодный сырой воздух, казавшийся ему слаще меда, и был похож на толстую, вытащенную из воды рыбу.
Вспомнив о добыче, он сунул руку под жаркий свитер, потрогал украденную книгу и довольно хмыкнул, предвкушая увлекательное чтение. Угрызений совести он не испытывал, рассудив, что ясновидящей книга больше не нужна, а наследников у нее все равно нет. Он вообще редко испытывал угрызения совести.
Отдышавшись, Монах отправился в радиомагазин «Сатурн», что располагался на площади, собираясь познакомиться с бывшим мужем Тамилы Мишей Сотником.
— Михаил Савельевич в зале, — сказала девчушка, сидевшая за столом с табличкой «Информация». — Прямо и направо, сейчас он там один.
Миша Сотник находился на рабочем месте — в синем халате с эмблемой магазина на кармашке он деловито прохаживался в отделе телевизоров. Монах при виде бывшего ухмыльнулся — Миша действительно был экономного размера мужчинкой, не в пример ясновидящей — таких в народе называют мозгляками. На коротком его носике сидели массивные очки с затемненными стеклами, но выражение лица он имел самое строгое и смотрел орлом; Монах заметил, что туфли Миша носит на каблуках.
— Вам помочь? — спросил он, подходя к Монаху. — Что вас интересует?
— Михаил Савельевич, мы не могли бы поговорить… где-нибудь в тихом месте? — Монах включил обаяние, расчесал бороду пятерней и улыбнулся, заглядывая Мише в глаза.
— На предмет? — спросил Миша, рассматривая Монаха. — Я на работе, — добавил он на всякий случай.
— Я хотел бы задать вам пару вопросов о вашей жене, Тамиле Владиславовне Сотник.
— А зачем вам?
Это был самый деликатный момент в расследовании, так как тут приходилось врать.
— Меня зовут Олег Монахов, я представляю частное детективное агентство. Сейчас мы ведем расследование нескольких резонансных преступлений, и в поле нашего зрения попало сообщение о неожиданной кончине вашей жены…
— Бывшей, — заметил Миша. — Вы думаете, Тому убили? Меня вызывали на допрос, пытали чуть не полдня, что да как. А я ни сном, ни духом, мы развелись два года назад.
— Почему, если не секрет?
— Да что об этом сейчас говорить! — вздохнул Миша. — Тома, конечно, хороший человек… была, но, как бы это вам поделикатнее… прижимистая, что ли. Я временно пребывал без работы, сами знаете, как у нас с работой, а она обвиняла, что я тунеядец. Родного мужа! Да мы с ней не виделись почти год. Послушайте, у меня перерыв через полчаса, тут за углом кафешка, давайте там сбежимся, лады?
Они сбежались через полчаса в кафе «Чебурашка». Миша, на правах старого клиента, привел Монаха в угол, где за стойкой с искусственными цветами прятался столик на двоих. Они уселись.
— Ты не против, если я возьму пожрать? — непринужденно спросил Миша, переходя на «ты». — Не успел позавтракать.
Монах вспомнил характеристику соседки — «шаромыжник». Действительно, шаромыжник. Его позабавило, что Миша в простоте душевной полагал, что заплатит за обед Монах. Сейчас, присмотревшись, он заметил тщательно замазанный синяк под Мишиным правым глазом.
— А ты будешь? — спросил Миша. — Тут неплохо кормят и дешево. Как?
— Только кофе, спасибо. У нас имеется информация, что ты заходил к бывшей жене за две недели до ее смерти… — Монах тоже перешел на «ты».
— Ну, был, и что? Соседи настучали?
— Зачем ты приходил к жене?
— Шел мимо, настроение накатило душевное, дай, думаю, зайду, узнаю, как она. Все-таки не чужие. Ну и заскочил.
— Ты пришел с цветами.
— А! Ну да, с цветами. А что, я не могу прийти к жене, пусть даже бывшей, с цветами?
— Ты пришел за деньгами? — выстрелил наугад Монах. Он видел Мишу насквозь, навидался он таких.
Миша облизал губы, почесал бровь.
— Ну, хотел. Но Тома не дала. Я знал, что не даст, не тот человек, но на всякий случай попробовал.
— Вы разведены официально?
