— Заходи, — выдавила почти любезно я, не хотелось на нее вымещать всю злость, ведь предназначалась она другому человеку, а Лиля всего-то марионетка.
— Я уже собиралась уходить, но увидела тебя тут, ты прости если немного шумно вышло, просто он такой… Божечки, ну ты понимаешь.
— Избавь от подробностей, меня это не волнует, правда, — сматывая волосы в жгут, пыталась изобразить безразличие.
— О боже, я надеюсь вы с ним не… — На ее лице дрогнула венка, мне кажется она перестала дышать.
— Да нет, даже не думай, фу!!! Погоди, а что это? — По ее руке расползся фиолетовый ручеек, словно вены последовательно полопались.
— Да, немного обожглась, пыталась привести себя в порядок, чтобы таксист не подумал обо мне чего дурного, в этой сумочке есть что угодно, ну кроме охлаждающих повязок и мази от ожогов, — тряся авоськой перед моим лицом, грустно констатировала она.
— Подожди немного, у меня кое-что есть в аптечке.
На кухне я нашла все что нужно, прихватила с полки чистое белое полотенце небольшого размера. Самое оно, смочу в холодной воде и сделаю компресс.
— А ты куда? — Увидев как она спускается по лестнице, удивленно спросила я, сжимая букет медикаментов.
— Да там уже такси подъехало, не хочу переплачивать, дома обработаю, спасибо большое, дорогая, — пара воздушных поцелуев посланных мне, стали финалом ее чудного появления в этом дне моей жизни.
По телевизору шла какая-то забавная приключенческая комедия, что затянула моментально. Через час увлекательного просмотра я поняла — вина хочу выпить и немного сыра, но подняться с кровати оказалось сложнее чем я думала. Странно неужели солнечный удар? Хотя какой там, с такой-то шляпой. Собрав всю волю в кулак, я встряхнула голову и уверенно ринулась вниз, чувство непонятно откуда-то взявшейся тошноты, да и слабость настигали меня с каждым шагом. Спасибо проектировщикам, что придумали санузлы и на первом этаже тоже.
Давно меня так не полоскало, сразу перехотелось и пить и есть. Полисорб — вот что точно не навредит. Дрожь в руках мешала мне набрать нужную порцию порошка, все рассыпалось снегом, пачкая столешницу.
— Вик, с тобой все хорошо?
— Да что-то не очень, — пытаясь все же отмерить нужную дозу, не отвлекаясь, отвечала я.
— Прости, что пропал, просто после того разряда тока, что получил у твоей двери, мне показалось ты боишься. На какое-то мгновение почувствовал себя в шкуре брата, и так мерзко стало от одной мысли, что ты не доверяешь настолько, что ставишь магические замки.
— А ты считаешь, что я могу тебе доверять? — Неожиданно для самой себя и для соседа, вместо красивой и глубокой речи о его темных помыслах относительно моего дома, содержимое желудка розовым пятном оказалось на его белоснежной футболке. — i am so sorry, — первые слова, после минутки позора.
Затирая следы моих глубоких сожалений с плитки на кухне, он бурчал что-то под нос. Разобрать было сложно, все этот проклятый шум, я слышала как сердце гоняет кровь по венам. В открытое окно забегал свежий воздух, от чего мне становилось легче. Да и чай из, да я даже не знаю из чего, Марк сыпал всего понемногу из баночек, что красовались на третьей полке.
— Ну что, расскажешь в честь чего так наклюкалась, соседка, — наконец закончив с уборкой, и выпустив весь гнев, присоединился к моему чаепитию Марк.
— Ну во-первых прости, правда. Я вообще такого не планировала, так стыдно, господи.
— Ну слава богу, услышать что ты сделала это намеренно было бы больнее, — его улыбка подарила мне надежду на перемирие.
— Я не пила как ты подумал, точнее пила, но от бокала красного вина еще никто не блевал, видимо переборщила с солнечными ваннами. Поначалу было все нормально, потом я прилегла посмотреть телевизор и даже захотела выпить, но в моменте начала кружиться голова, тошнота ну и ты сам все знаешь о других побочках. Прости, правда, с меня новая футболка.
— Как минимум прошу заметить, а еще вкусный ужин, мне нужны положительные эмоции дабы забыть весь ужас сегодняшнего вечера, договорились?
— Ладно, ладно, к тому же твой чай мне реально помогает, прям чувствую как дымка сознания рассеивается. Научишь?
— Научу, только если смогу верить тебе, — поднимая чашку чая вверх, провоцировал к возвращению разговора о доверии.
— Лааадно, раз уж так хочешь! В этом доме что-то есть, что-то ценное, чего вы с братом так жаждите, но получить это сможете только если я добровольно вам передам ключи, не так ли?
— Это лишь твои догадки, откуда это взялось?
— Ну вот, и ты мне говоришь о доверии? — Отодвигая опустевшую чашку подальше, демонстративно потянулась за пачкой Парламента.
— Не стоит, это может спровоцировать тошноту, — его рука накрыла мою, мешая ухватиться за пачку, что лежала во главе стола. Прикосновения Марка отличались от тех, что были у Миши. По телу разливалось тепло, хотелось остановить этот момент. Щеки предательски вспыхивают, от этой колыбели его нежных рук.
— Марк, каким бы не было добрым твое сердце, червоточина под именем Миша, будет разрушать все, что ты пытаешься построить.