– Наташа объяснила, что они обе сделали поначалу вид, что узнали друг друга, видимо, им обеим было так удобнее. Это уже потом, когда Софи начала сильно нервничать, посыпались взаимные упреки с обеих сторон.
– Но почему же они не прояснили ситуацию сразу, как только встретились?!
– Русская проделала большой путь. А Софи… Наташа говорит, что она очень одинока, и ее вполне устраивает общество своей соотечественницы.
– Совершенно непонятная история! Очень много нестыковок, странностей. Роза, вот скажи: зачем тебе все это нужно? Распрощайся ты с этой Софи, получи расчет и переезжай ко мне! Или ты хочешь быть втянутой в криминальную историю? А вдруг, эта Софи – самозванка?!
– Думаю, я уже угодила в криминальную историю. Я же не рассказала тебе самого главного. Все то, что я поведала тебе сейчас, – это как бы предыстория. Садовник Уве, помнишь? Тот, которому ты приносила семена турецкой гвоздики? Он умер! По словам русской, Софи заморозила его, пьяного, в морозильной камере, а потом куда-то дела. Наташа тоже боится быть втянутой в эту историю.
– Роза!
– Но и это еще не все! Иоахим. Даже не знаю, как и сказать. Просто голова кругом идет! Сегодня приходил комиссар полиции. Софи, когда увидела его на мониторе охранной системы, попросила меня сказать ему, что ее нет дома, поднялась на чердак и спряталась!
– Комиссар?! И что ему было нужно?
– Что нужно? Я-то думала, что он станет искать садовника, но он пришел со скорбной вестью – Иоахим убит в Москве, в собственной квартире… его зарезали!
– О, господи, час от часу не легче! Какие у тебя мрачные новости, Роза! Иоахим. Какая жалость. И что?
– Комиссар спросил меня, кто сейчас живет в доме, поскольку в полиции известно, что фрау Клементина оставила завещание в пользу Иоахима.
– И что ты ответила?
– А что я могла ответить, если я теперь и сама уже ничего не понимаю?! Если бы я сказала, что в доме проживает его жена, он захотел бы ее увидеть, поговорить с ней. А вдруг это не его жена?! Ведь Наташа сказала, что мужа Софи зовут Эрвин! Катлин, я совсем запуталась… мне страшно!
– Так что ты сказала полицейскому?
– Я сказала, что я служанка, присматриваю за домом, и что после смерти фрау Клементины Иоахим приезжал сюда, принял наследство и должен был прислать сюда свою жену, и вот я жду ее.
– И что комиссар?
– Он выразил свои соболезнования и сказал, вернее, попросил меня, чтобы, как только в Мюнхене появится кто-нибудь из его родственников, я сообщила ему. Он мне оставил визитку. Катлин, я решила прийти в полицию, найти этого комиссара и рассказать ему о событиях последних дней. Мне нужно себя каким-то образом обезопасить! Как ты думаешь, я приняла правильное решение? Или же мне просто уволиться?
– Даже если ты уволишься, тебя потом найдут и будут допрашивать в качестве свидетеля. Тем более что в доме погиб человек. Если бы эта твоя Софи была ни при чем, если бы произошел несчастный случай, она непременно сама бы вызвала полицию или «Скорую помощь». Роза. Я же предупреждала тебя!
– Так что делать?
– Думаю, ты приняла правильное решение: надо идти в полицию. Кстати, ты сообщила Софи о смерти Иоахима?
– В том-то и дело, что нет. Я подумала: если бы она была законной женой Иоахима, ей бы сообщили о смерти мужа. Ведь должны быть у них в Москве друзья, родственники? А если она – самозванка, то, тем более, зачем провоцировать ее на… Словом, я испугалась и ничего ей не рассказала.
– Ты абсолютно правильно сделала! Подумай сама: ведь не на Луне же они жили, и в Москве их тоже окружали люди. Если бы Софи была настоящей женой Фогеля, неужели бы ей не позвонили и не сообщили? Так нет же! Первой об этом узнаешь ты!!!
– Мне страшно, Катлин.
– Ты никого не убивала, ты ни в чем не виновата. Так чего тебе бояться? Ты всего лишь служанка, Роза!
– Ты пойдешь со мной?
– Конечно. Но при одном условии.
– Для тебя это так важно?
– Важно. Не хочу, чтобы моя подруга мыла полы и посуду в доме, где ее не уважают! Вот будь жива Клементина…
Герман привез меня к воротам, помог выйти из машины.
– Ничего не бойся. Вот тебе зарядное устройство, следи, чтобы твой телефон был всегда заряжен. И лучше, если Софи не увидит, что у тебя есть телефон. Если же ты по каким-то причинам не сможешь мне позвонить, я пойму, что аппарат у тебя отобран или пропал, исчез, потерялся.
– Герман. Думаю, мне надо бы взять кое-какие вещи, послушать, что скажет Софи, попрощаться с ней.
– И даже сейчас я не уверен, что тебе надо возвращаться.
– Да я бы и не возвратилась, если бы не чувствовала себя обязанной ей – из-за денег. Подумай сам: должна же существовать какая-то причина, ради которой Соня рассталась с такой крупной суммой? Я не верю, что она таким образом заплатила своей подруге за то, что та скрасит своим присутствием ее одиночество.
