Приземлившись на крышу, мы перекувырнулись через голову. «Скорая» выехала с парковки и резко свернула направо. Мы откатились в противоположную сторону. Машина, набирая скорость, устремилась к выезду на федеральное шоссе И-40.
Ниндзя бросился в атаку. Я пополз назад, пока не уперся спиной в красные проблесковые маячки.
Он настиг меня, когда мы на скорости шестьдесят миль в час выехали на шоссе. Я встретил его ударом плеча в живот и выбил из него весь воздух. Мы по инерции отлетели в конец фургона. Голова ниндзя свесилась вниз. Я навалился на него и перехватил за руку в тот самый миг, когда он собрался ударить в шею.
Ниндзя не сдавался. Острие кинжала проткнуло кожу, и я почувствовал, как кровь потекла по шее на воротник платья.
Подарок Нуэве… В какую туфлю я его засунул? В ту, что осталась у меня на ноге, или в ту, которая уехала на крыше больничного лифта? Исчерпан запас везения или осталась еще капелька?
Я потянулся к туфле. Ветер сбивал парик на лоб, и вскоре я уже смотрел на ниндзя сквозь седые лохмы.
Наконец я прикоснулся кончиками пальцев к корпусу ядовитой авторучки. Но этого было мало. Дюйм… еще полдюйма… В моем положении полдюйма равнялись миле.
Ниндзя был слишком силен, слишком решительно настроен, слишком целеустремлен. Даже если я вытащу из туфли ручку, надо еще снять с нее колпачок. И даже если я сумею его снять, ниндзя успеет перерезать мне сонную артерию, и я превращусь в мертвую старую леди.
Короче, я плюнул ему в глаза. От отчаяния. Ниндзя на секунду ослабил хватку, и я преодолел последние полдюйма. Сбросив щелчком колпачок, я нажал на кнопку и вонзил иглу в шею ниндзя.
Он выпучил глаза и замер. Его тело подо мной стало твердым, как доска. Кинжал выпал, я тут же его поднял и быстро перебрался ближе к кабине. «Скорая» начала притормаживать. Оглянувшись через плечо, я увидел, что мы едем по аварийной полосе и приближаемся к затору, который перекрыл все три полосы восточного направления.
Завизжали колеса, машина остановилась. Я спешно, пока санитары не вышли из кабины, соскользнул на шоссе и не торопясь подошел к ограждению. Дескать, какая-то бабуля решила прогуляться по федеральному шоссе и прихватила с собой шестидюймовый кинжал с головой дракона на рукоятке. К несчастью, в двадцати футах от «скорой» стоял коп. Я посмотрел на него, он – на меня. Я чуть кивнул, как бы говоря: «Привет, сынок. Я самая обычная старушка, вышла погулять по федеральному шоссе с моим любимым шестидюймовым кинжалом». Кивнув, я поставил ногу на бетонное заграждение и приготовился к прыжку с тридцатифутовой высоты.
Коп что-то крикнул и побежал в мою сторону. Руку он держал на пистолете, как будто и правда мог застрелить старушку, пусть даже с кинжалом.
Вероятность того, что он все же пристрелит старушку с кинжалом, хоть и маленькая, но была, поэтому я встал на ограждение и замер.
А зря.
С тыла к «скорой» подъехал «линкольн-таун-кар». Из него выскочили двое в черных костюмах. Один прицелился из полуавтоматического пистолета мне в голову, второй сосредоточил внимание на полицейском.
– Все в порядке, офицер, – произнес он с южным акцентом. – Мы это забираем. – Он взглянул на меня и улыбнулся. – Привет, Альфред.
Коп не опустил пистолет. Он не понимал, в кого ему теперь целиться: в меня или в типа в черном костюме.
Черный Костюм достал из нагрудного кармана пиджака удостоверение и поднял его над головой.
– Вош, – представился он копу, – ФБР. – И улыбнулся мне снова. – Слезай, Альфред. Побегал, и хватит.
– Я должен об этом доложить, – сказал коп, не опуская оружия.
Субъект, который представился как Вош, кивнул и продолжил улыбаться, а его напарник тем временем выхватил из моей руки кинжал, стащил меня с ограждения и надел наручники.
– Послушайте… – обратился я к копу.
– Заткнись, Альфред, – дружелюбно оборвал меня Вош и обратился к полицейскому: – Терроризм, убийство, заговор с целью убийства, бегство через границы штатов.
Черный Костюм с пистолетом – к этому моменту ствол уже упирался мне в ребра – подтащил меня к «линкольну».
– Они не из ФБР! – крикнул я растерянному копу. – Посмотри на их тачку! С каких пор фэбээровцы рассекают на «линкольнах»?
Меня затолкали на заднее сиденье. Напарник Воша залез следом за мной и захлопнул дверь. Водитель, крупный парень с глазами-щелочками и крючковатым носом, глянул на меня в зеркало заднего вида и тихо буркнул:
– Бонжур, мсье Кропп.
Со своего места я видел, как Вош разговаривает с копом. Тот уже убрал пистолет, из чего я сделал вывод, что он купился на историю Воша. Вош показывал ему какие-то бумаги – наверное, ордер на мой арест.
– Ребята, вы хоть объясните, почему вам так охота меня убить? – спросил я.
Они только рассмеялись.
Вош вернулся к машине и уселся рядом с водителем. «Линкольн» дал задний ход, отъехал на несколько ярдов, развернулся и покатил обратно к следующему съезду. Машины стояли в пробке на всех трех полосах. Затор растянулся на несколько миль.
