Я хочу спросить вас. Замирало ли когда-нибудь от полноты ваше сердце при виде игры утреннего или закатного света на водной глади реки или океана, вдохновлялись ли вы когда-нибудь, как только можно вдохновляться, музыкой Баха, музыкой леса - ритмическим чередованием звуков и пауз, вспыхивала ли когда-нибудь ваша душа ответным огнем при взгляде в глаза и душу другого? И если да, то как долго вы могли удерживаться на высоте этих чувств, сколько в вашей жизни таких мгновений и сколько долгих лет будничной скуки?
Вы мечтаете о свободе. Но ваша свобода в том, чтобы менять одну форму зависимости на другую. Достаточно ли вы свободны, чтобы в плохую погоду чувствовать себя счастливым, даже если нет крыши над головой? Достаточно ли вы свободны, чтобы, встречаясь с дурными людьми и даже пострадав от них, не заразиться агрессией и мстительностью? Достаточно ли вы свободны, чтобы не поддаться прелести ложных теорий, чтобы отличить подлинное от бутафорского, чтобы последовать за истиной вопреки многому, а может быть, всему? Или вам больше по нраву маленькая свобода - ручная, комнатная, домашняя, частная, национальная, персональная? Может быть, вам нужно ровно столько свободы, чтобы ею манипулировать в своих муравьиных интересах? И тогда всякую большую по сравнению с этой индивидуальной свободой воспринимаете как ненужное бремя, как чужую прихоть или придурь, как беззаконие или наказание. Вы хотите невесомой свободы, свободы без тяжести ответственности, и чем больше ответственность, тем меньше вы уже хотите свободы. И наконец, о счастье, жесткие объятия найдены. Объятия, которые освободят нас от тяжести собственного веса, от свободы делать свою жизнь, творить совершенную гармонию. Ничего страшного, что
73
эти объятия, освобождая нас от свободы, освобождают нас и от безбрежности жизни. Зачем ходить, бегать и плавать, лучше потихоньку передвигаться на костылях. Ничего, что ноги здоровы, их можно подогнуть или подвязать. Ничего, что они затекают в таком неестественном положении, ко всему можно привыкнуть до такой степени, что все неестественное станет естественным и наоборот.
Вы жаждете любви. А умеете ли вы что-нибудь, кроме как раскрывать рот и запихивать в него все, что вам кажется вкусным и полезным? Умеете ли вы принимать в подарок не только вещи, но и красоту, радость, талант другого? Умеете ли вы все это видеть, а не просто скользить взглядом, не отдавая себе ни в чем отчета? Умеете ли вы все это беречь, а не просто пользоваться? Умеете ли вы все это терпеливо взращивать?
Умеете ли вы что-нибудь давать? Не деньги и не вещи, а пространство своей души, не жестко фиксированное, как в вагоне согласно купленным билетам, а всю океаническую безбрежность своей души. Сберегаете ли вы свои душевные сокровища, чтобы ими поделиться?
А хотите ли вы великой любви или вы предпочитаете при случае заниматься любовью? Любовь в виде презерватива, который всегда в кармане пиджака или в сумочке. Или любовь в виде выигрыша в лотерею - без всякого труда сразу куча денег, заплатил пошлину и наслаждайся. Или любовь, как тунгусский метеорит, - упало что-то и придавило, не вывернешься.
Как легко прикрыться цинизмом, словно фиговым листком, провозгласив, что любви нет, если ее нет, да и не может быть в чьей-то малогабаритной жизни.
Вы стремитесь к познанию. Но сколь часто это мотивированное познание младенцев, которым необходимо просто ощупать окружающие предметы, чтобы приспособиться к своему окружению. Познание, которое стремится овладеть, использовать. Познание причинное, мотивированное, а значит, несвободное, скованное, зачастую агрессивное.
74
Мир воспринимается, как труп на столе патологоанатома. Разрежем посмотрим.
Процесс познания - как изучение инструкции по пользованию вновь купленным механизмом. Познание манипулятивное, познание, не свободное от волевого корыстного решения, что есть эта жизнь, познание как доказательство правильности этого решения, познание как реализация бреда.
О, где ты, познание, не мотивированное ничем, кроме любви к Жизни, познание чуткое, нежное, внимательное, свободное от опасений, страха, обиды, горечи, разочарований, необходимости агрессивного состояния самозащиты?
Где ты, совершенная любовь и свобода?
Отвечая самой себе, скажу, что жизнь - это не что-то ставшее, это становящееся, это динамический процесс, антиномично завязанный, и задача человека не отталкивать экзистенциальную тоску, как льдину от берега, а совершать эволюцию в тринитарном единстве любви, познания и свободы.
