Триодь постная [русский перевод] полностью

Лазаря умершего / мановением Божественным Ты воскресил, / как поистине Создатель, / и владеющий сокровищницей жизни, Человеколюбец.

Словом четверодневного Лазаря / Ты воскресил, бессмертный, / разрушив Своею мощью / темновидное царство ада.

Всем явил Ты познание / пребожественного Божества, / из мертвых воздвигнув / четверодневного Лазаря, Владыка.

В сей день Вифания предвозвещает / Воскресение жизни Подателя Христа, / о воскрешении Лазаря ликуя.

Иной канон, творение Иоанна монаха, глас 8

Ирмос: По воде пройдя:

Прежде из небытия / приведший все Свое творение, / и знающий сокровищницы сердец, / Ты ученикам предсказываешь, как Владыка, / Лазаря успение.

Подлинно облекшись от Девы / в естество человеческое, Христе, / вопрошал Ты, узнать желая / о месте погребения Лазаря, как Человек, / как Бог в неведении не пребывая, / о том, где он лежал.

Слава: Удостоверяя воскресение Свое, Слово, / Ты воистину как от сна любимого Тобою воскресил / – уже смердящего, четверодневного мертвеца из гроба.

И ныне, Богородичен: Полки Ангелов и смертных / Тебя, не познавшая брака Матерь, / восхваляют непрестанно: / ибо Ты их Создателя, как Младенца, / во объятиях Своих носила.

Катавасия: По воде пройдя, как по суше, / и египетского развращения избежав, / израильтянин взывал: / «Избавителю и Богу нашему воспоем!»

Песнь 3

Ирмос: Ты – утверждение / прибегающих к Тебе, Господи, / Ты – свет омраченным, / и Тебя воспевает дух мой.

Проявляя два действия Твоих, / показал Ты, Спаситель, двойственность естеств в Тебе: / ибо Ты – Бог и Человек.

Ты, поистине Бездна разума, / спрашиваешь: «Где положен мертвый?» / намереваясь воскресить лежащего, Податель жизни.

Меняя места, как сделавшийся человеком, / Ты явился ограниченным плотию, / – наполняя все, как Бог беспредельный!

Как Ты Лазаря воздвиг, Христе, / Божественным Своим словом, / так и меня во многих согрешениях умершего / воскреси, молю.

Иной

Ирмос: Небесного свода:

Представ в Вифании гробу Лазаря, / Ты чудотворец Господи, / над ним прослезился по закону естества, / удостоверяя плоть Твою, Иисусе Боже мой, / которую Ты принял.

Скорбь Марии и Марфы / Ты тотчас прекратил, Спаситель, / показывая Свою полную свободу. / Ибо Ты – воскресение, / Ты и жизнью истинной являешься, как Сам сказал, / и Господом всех.

Слава: Обвитого погребальными перевязями / любимого Тобою, Господи, / из груды мертвецов и тьмы похитил его: / Ты расторг всесильным Твоим словом / и засовы и царские чертоги смерти.

И ныне: Вселился Ты в Деву телесно, Господи, / явился людям, насколько подобало быть видимым Тебе. / Ее Ты и показал, как истинную Богородицу / и верным помощь, единый Человеколюбец.

Катавасия: Небесного свода Создатель, Господи, / и Церкви Строитель, / Ты меня утверди в любви к Тебе, / предел желаний, верных утверждение, / единый Человеколюбец.

Седален, глас 4

Вместе Христу предстали сестры Лазаря, / и с горькими слезами и рыданием сказали Ему: / «Господи, умер Лазарь!» / Он же, как Бог, не пребывая в неведении о месте погребения, / спрашивал [у них] (как Человек): «Где вы положили его?» / И подойдя ко гробу, призывал четверодневного Лазаря. / Тот же (тотчас) восстал / и поклонялся его Воскресившему.

Слава, и ныне, глас 8: Предвидя все, как Творец, / Ты бывшее в Вифании предрек ученикам Твоим: / «Друг наш Лазарь уснул в сей день». / И все зная, Ты спрашивал и сказал: / «Где вы положили его?» / И Отцу помолился, прослезившись, как Человек, / оттого и позвав, того, кого любил, / Ты, Господи, на четвертый день воскресил из ада Лазаря. / Потому мы взываем Тебе: / «Прими, Христе Боже, дерзающих приносить хвалу (Тебе), / и удостой всех славы Твоей!»

Песнь 4

Ирмос: Услышал я, Господи, / о таинстве Твоего промысла, / уразумел дела Твои, / и прославил Твоё Божество.

Не в помощнике нуждаясь, / но исполняя замысел неизреченный, / Ты, молясь, воскресил мертвеца четверодневного, Всесильный.

Прежде созерцаемый как Слово / вечно со Отцом пребывающее и Бог, / как человек ныне молится, / Принимающий молитвы всех!

Глас Твой, Спаситель, / разрушил всю смерти силу, / основания же ада / Божественная Твоя сила поколебашала.

Богородичен: Деву воспоем, / как после родов девственной пребывшую, / и носившую во чреве Христа Бога, / мiр от заблуждения избавившего.

Иной

Ирмос: Ты – моя крепость, Господи:

Ты, Христе, как пастырь похитил человека, / уже истлевавшего, четверодневного, Создатель, / у волка, поистине страшного и всепожирающего, / как всемогущий и Господь, / тем заранее показывая всемирную славу / ныне явленного Твоего восстания на третий день.

Видя Тебя, жизнь, Христе, / бывшие с Марфою взывали: / «Если бы здесь был Ты, Господи, / просвещение всех и жизнь, / совсем не умер бы, не явился мертвым Лазарь. / Ты же, человеколюбец, Жизнь умерших, / скорбь их в радость обращаешь.