Трипофобия полностью

Обычный летний день баловал ярким солнцем, неторопливо приближавшимся к зениту. Иногда по небу, на котором скромно белела лишь пара облаков, пролетали с характерным чириканьем птицы. Вдалеке постукивал дятел. Несмотря на постепенно усиливающуюся жару, в лесу на траве еще оставались капли росы. Деревья росли достаточно плотно, из-за чего солнечные лучи почти не достигали земли. Пахло прелой листвой, грибами и свежестью. Стрекотали кузнечики, иногда в траве ползали ежи или ящерицы, резво пробегали белки, стараясь побыстрее забраться на дерево. В воздухе жужжали надоедливые мухи и раздражающе звенели комары. На цветы с монотонным гулом опускались пчелы и шмели. Природную картину нарушили четыре человека, продиравшиеся сквозь заросли.

— Далеко нам еще? — спросил тощий паренек лет двадцати в джинсовом жилете и красной кепке, волочащий на себе один из огромных рюкзаков.

— Час, может полтора, — ответил крепкий мужчина с аккуратной черной бородой, шедший впереди и несший рюкзак раза в два поменьше.

Остальные шли молча. Один, самый пухлый и старший из группы, шел налегке. Другой, среднего телосложения, одетый в камуфляжную куртку, тащил еще один огромный рюкзак.

— Руслан Владимирович, я вот спросить хочу, — продолжил ныть молодой паренек, — почему именно я опять несу самый тяжелый рюкзак?

— Ну, во-первых, ты слишком щуплый, и тебе не помешает нарастить мышцы, — спокойно ответил тот, не оборачиваясь, — а во-вторых, раз ты новичок, то тебя необходимо во всю эксплуатировать.

Остальные слегка усмехнулись на это, и какое-то время группа продолжала идти в тишине.

— Чего отстаем? — подбодрил толстячок двух отстающих с рюкзаками, — быстрее шагаем — быстрее дойдем.

— А вы, Михаил Петрович, рюкзак у меня возьмите, и посмотрим, как вы поковыляете! — огрызнулся мужчина в камуфляже. — Задолбался я уже, как только домой вернусь — тут же в бордель пойду.

— Артем, что за мерзость! — возмутился Михаил, — лучше бы жену себе нашел уже.

— И стать таким же занудным как вы? Нет уж, спасибо.

— Хорош пошлятину свою молоть, — резюмировал Руслан, — нечего молодежь к своей пакости приобщать. Я вот, как вернусь, тут же в родной город съезжу к родителям. Давно их не видел.

Михаил хотел еще что-то добавить, но лишь недовольно квакнул, поскольку угодил лицом в паутину, свисающую с веток. Постепенно воздух разогревался, и становилось все жарче. Филиппу, на лбу которого уже проступил пот, идти дальше было тяжелее остальных. Едва не споткнувшись о торчащий корень, он с досадой пнул росший неподалеку мухомор и прибавил шагу, чтобы не отставать от своих.

— Что, по компьютеру соскучился? — спросил Руслан, заметив недовольное лицо Филиппа.

— Не терпится скорее новости почитать, — ответил тот. — Слышал перед отъездом, что в Москве вроде эпидемия какая-то началась.

— Опять эбола? — усмехнулся Руслан.

— Да не, вроде жесть какая-то, они там даже карантин ввели!

— Ой, да они каждый год, сколько себя помню, пугают концом света. То эбола, то грипп какой-нибудь, то еще что-то. Эту фигню слушать — только мозг себе засорять.

Примерно через полчаса пути деревья стали редеть, теперь густые ветви не мешали свету озарять местность. Высокие и раскидистые елки постепенно уступали место кустарникам, трава стала выше, гуще и разнообразнее. Вскоре они вышли на небольшую тропинку. Несмотря на то, что повсюду росли кусты черники и земляники, самих ягод нигде не было. Кое-где встречались громадные муравейники, вокруг которых бегали их многочисленные обитатели. Артем, тяжело пыхтевший последние десять минут ходьбы, с досадой сплюнул наземь.

— Ну ладно с этими геологами на турбазе, где даже связь не ловит, сидели три недели, но на кой черт нам потом еще надо было полнедели по лесам шляться? — недовольно проворчал он.

— У Фила ж в следующем году диплом, ему результаты практики этой важны были, — все так же невозмутимо отвечал Руслан. — Кроме того, тебе ж диссертацию осенью защищать, так что, как ты сказал, «хождение по лесу» — очень даже в твоих интересах.

— Вы слышали? — вдруг прервал их Филипп.