Этим поздним вечером Стив вместе с детьми и женой возвращался домой от ее родителей. Джип, урча мощным двигателем, бодро наматывал на колеса километры шоссе, игнорируя неровности и выбоины: подвеске, которая преспокойно несет формально гражданскую версию, но армейской, по сути, машины, да еще и пуленепробиваемую, какие-то ямки глубоко параллельны. Не то, чтобы Стив боялся кого-то, он просто очень любил мощную технику. Ну а пуленепробиваемые борта и стекла... От грабителя самое оно. И теперь вот, если у треклятого упрямца Чейни окончательно поедет крыша — то и от него тоже. Не то, чтобы он сильно смахивал на психа, но Джон Чейни из тех парней, которые, будучи доведены до предела, могут взяться за оружие в стиле старого доброго Дикого Запада.
Мысли Стива невольно вернулись к этому упрямому ублюдку. Шутка ли — тон менеджера ему не понравился. Принципиальный, видите ли, гражданин свободной страны. Моя земля, хочу — продаю, не хочу — не продаю... Идиот. Ему насрать, что Сэнд-Рок-Сити вот-вот загнется без серьезного источника денег, проще говоря — без рабочих мест для жителей, и этот деревенщина останется в своей автомастерской в городе-призраке, которых в Неваде и так хватает.
Но — лады. Свободная страна — значит свободная. Он, Стив, захотел — и обнес дебилоида Чейни забором. Вот захотел — и обнес. Земля-то вокруг мастерской принадлежит Стиву. Толку, правда, пока мало: Чейни запасся продовольствием на пару лет, водопровод под землей, увы, принадлежит городу. Так что гребаная деревенщина может затормозить стройку на несколько месяцев.
Конечно, знай Стив наперед, что в выбранном им городе найдется такой вот упрямый кретин — выбрал бы другое место под завод, но теперь поздно, почти вся земля уже куплена. Одно утешение: ждать осталось всего несколько месяцев. Лишенному клиентов Чейни просто нечем будет заплатить налоги на землю и бизнес, и его земля достанется Стиву за бесценок, когда ее пустят с молотка. Правда, выгода не покроет убытков из-за простоя полностью... Ну и плевать. Зато победа останется за Стивом МакКуином: у него, черт возьми, тоже есть принципы!
Он подкатил к железнодорожному переезду и остановился. Задремавшие дети проснулись.
— Па, мы уже приехали? — сонно спросила старшая.
— Спи, Лиз, — сказала жена, — папа перед переездом притормозил. Скоро будем дома.
Семафор горит зеленым. Стив плавно вдавил педаль, выкатился на железку, и тут мотор внезапно заглох. Черт. Надо же, прямо на рельсах остановился. Где же, мать его за ногу, военная надежность?!
Он повернул ключ в замке. Ноль эмоций. Даже стартер не отозвался. Дерьмо.
— Нашел где заглохнуть, — встревожилась Эллен.
— Фигня, — успокоил жену Стив, — сейчас выйду и столкну с полотна. Если не осилю сам — выйдете и поможете слегка.
Он потянул за ручку, но дверь не открылась. Черт возьми, что за хрень?! Стив решил опустить окно и выбраться через него, нажал на кнопку — но не тут-то было. Электромоторчик не отозвался, стекло вниз не поползло. В наступившей тишине он внезапно подумал, что и кондиционер тоже сдох. Попытался включить свет в салоне — безрезультатно.
— Элли, вылезай. Выберемся через твою дверь.
Та, повозившись с ручкой, начала паниковать:
— Не открывается, Стиви!
Он рванул свою ручку несколько раз, пока она не осталась у него в руке. Дверь открываться не желала.
Стива прошиб холодный пот. Он достал спутниковый телефон — в пустыне вещь незаменимая — и набрал номер службы спасения.
— Алло!
— Алло! Служба спасения слушает!
— Срочно свяжитесь с диспетчерской железной дороги! Я застрял в машине прямо на переезде возле...
— Алло! Это служба спасения! Говорите!
— Алло! Вы слышите меня?! Алло!
— Алло, говорите! Алло!
Стив почувствовал, как волосы на голове становятся дыбом. Он застрял на переезде, выбраться невозможно, спутниковый телефон — единственное средство связи — сломался. Если он срочно что-то не придумает — жить им четверым осталось только до ближайшего поезда: большинство составов на этой ветке — грузовые, машинист своей фарой высветит 'хаммер' с такого расстояния, на котором остановиться не сможет.
— Элли, твой телефон! Быстрее, вдруг поймаешь сигнал!
— Бесполезно, — раздался негромкий голос снаружи, — никто не услышит.
Стив взглянул налево и увидел возле машины две красные светящиеся точки, мурашки побежали по спине, когда он внезапно понял, что это глаза.
— Папа, я боюсь, — захныкала младшая дочь.
— Спокойно, дети, спокойно! Мы в бронированной машине! Бояться не надо!
— Конечно, не бойтесь, детки, — донесся снаружи вкрадчивый голос, — не надо меня бояться.
Стив попытался перехватить инициативу в разговоре.
— Мистер, вы кто?!
— Да я просто мимо проходил.
Незнакомец подошел ближе, и последние лучи меркнущих сумерек позволили разглядеть его продолговатое серое лицо с высоким лбом, торчащие в стороны остроконечные уши, белые волосы и отсвечивающие красным глаза.
— Иисусе, — выдохнула Эллен, дети начали плакать.
