Перед ними далеко внизу — небольшой городок, вдали на горизонте синий океан сливается с голубым небом, так что даже линию горизонта не разглядеть как следует. За спиной — шоссе, опоясывающее горы, и сами горы упираются вершинами в небосвод. Не Гималаи, конечно, но рядом с этими громадинами человек все равно кажется исчезающе маленьким. Величие панорамы захватывает дух, куда ни посмотри, особенно у того, что четырнадцать лет провел дома и за свою жизнь видел слишком мало впечатляющих пейзажей.
— Слушай, Тео-кун, а твой отец фокусник, да?
— Ну, вроде того.
— А какие фокусы он показывает? С хитрым реквизитом, с ловкостью рук или основанные на психологии?
Мальчик пожал плечами и достал из кармана монетку:
— Сама смотри. Вот у меня на ладони лежит монета. Возьми меня за запястье, чтобы я не смог сделать какое-нибудь хитрое движение и спрятать монетку в рукав. Теперь глядите, вот я сжимаю кулак, ширли-мырли-оп — и разжимаю.
Киоко и Уруми удивленно уставили на пустую ладонь.
— Сжимаю кулак снова — мырли-ширли-оп! Монетка опять на ладони.
— Класс! — зааплодировала Уруми.
— Что-то я не понимаю, куда ты ее прятал, — призналась Киоко.
Тео пожал плечами:
— На самом деле, никуда. Мой отец на своем выступлении человека прямо на сцене 'спрятал', так что он даже с камер пропал. Но как — это, сама понимаешь, большой секрет.
— Покажи еще какой-нибудь фокус, Тео-кун! — попросила Уруми.
Тео краем глаза заметил, как поближе подтягиваются другие ребята, стараясь при этом стоять сбоку, вне поля зрения Йомы. Боятся, но любопытство — штука сильная.
— Ладно, — согласился мальчик, отошел на несколько шагов и показал присутствующим кулак: — считайте пальцы.
Сосредоточившись, он мысленно прочитал заклинание иллюзии и представил себе руку с шестью пальцами, стремительно, чтобы совпало с последним арканным словом, разжал кулак и снова сжал, развеяв наложенные чары.
— Сколько было пальцев?
— Шесть! Как?!!
Тео пожал плечами:
— На то и фокус.
— А еще один?!
— Ладно. Смотрите внимательно.
Одно из первых изученных заклинаний — левитация. Простое и эффективное, доступное, по словам отца, подавляющему большинству дроу, даже не-магам. Зрители, включая двух учителей, ахнули, когда Тео, презрев законы гравитации, легко подпрыгнул на носках и повис в нескольких сантиметрах от асфальта.
В этот момент из закусочной начали выходить пообедавшие ученики, потому представление пришлось завершить. А ведь это идея, осенило Тео. Можно периодически показывать в классе 'фокусы'. Бояться его меньше вряд ли станут, но рано или поздно хотя бы те, которые на переменах уходят из класса, начнут задерживаться, чтобы посмотреть представление, и обнаружат, что страшный Йома в перерывах между занятиями никого живьем не ест.
Ближе к вечеру экскурсия добралась к месту назначения. Синтоистский храм, некогда величественный, произвел сильное впечатление даже несмотря на то, что его лучшие дни давно миновали. Он весь утопал в зелени и цветущих деревьях, преимущественно сакуры, из-за поблекшего фасада практически сливаясь с пейзажем, да так, что представить себе это место без храма было невозможно. Казалось, он не был построен, а всегда здесь стоял.
Гостей встретили у ворот старый священнослужитель и миловидная женщина средних лет. После короткого обмена ритуальными приветствиями и поклонами, учитель Ода спросил:
— А почему вы один, почтенный нэги Кояма?
Старик печально улыбнулся:
— Гудзи Тодояси умер три недели назад, потому я теперь гудзи. Гонэги Мидзура приболел и отправился в Фукутияму, в больницу. Из Киото обещают прислать молодых каннуси — но пока не прислали, а мой единственный помощник поехал отвезти Мидзуру да купить припасов, вернется он, возможно, вместе с гонэги. Так что тут пока только я да мико Реко, уж прошу простить за непредусмотренное положение вещей, и предупредить не мог. Связи тут нет, да я и переносным телефоном-то пользоваться не умею.
— Ладно, — отозвался учитель Тадзира, — значит, наша экскурсия будет несколько сильнее напоминать приключения в глуши вдали от цивилизации, чем планировалось, ничего экстраординарного.
Ученикам идея пришлась по душе. Старик провел незамысловатый ритуал, обойдя учеников по кругу, напевая молитвы, обращенные к ками, и вращая особой тростью.
— Это 'хараи' — ритуальное очищение, — пояснила Тео Киоко.
— Ты синтоистка?
— Сложный вопрос. И да, и нет. Или наоборот — и нет и да.
— Как так? — удивился мальчик.
