Триумф Боло полностью

— Погоди, Суфи. Это странно. Надо подумать. Она сказала какую-то чушь, трудно даже вспомнить что, и Боло ожил. Что он говорил? Умер, умер, умер... Он повторял то, что сказала она. Одно слово. Потом он бормотал о солнце. Осеннее солнце слабо грело ее плечи.

— Почему он говорил о солнце?

Она глянула в небо и нахмурилась. Зачем ему солнце через двести лет? Самый простой ответ — сдурела машина. Но если сдурела, то почему бы ей сдуру не выпалить в нее? Может быть, истощен боезапас? Нет, она даже не пыталась. Ни стволом не шевельнула. Солнце... солнечный свет...

Калима поднялась на ноги — Боло не шелохнулся. Единственным свидетельством того, что он вообще оживал, было несколько иное направление стволов главного калибра. Она отряхнула волосы и спортивный костюм, бросила последний тревожный взгляд на боевую машину и направилась домой. О ее приключении не свидетельствовало ничто, кроме синяков, но она больше не думала ни о каких Боровах и их идиотских вызовах.

Она столкнулась с подбитым Боло и осталась в живых. Этого приключения уже хватит на всю жизнь.

Двумя днями позже, возвращаясь из школы, Калима заметила группу колонистов у здания Совета. Она подошла поближе и услышала оживленный разговор.

— ...нельзя отремонтировать? Если через десять часов эта силовая установка не заработает, резервные генераторы откажут.

— У нас нечем работать с реактором синтеза. Придется ожидать прибытия судна.

— Но госпиталь!

Кто-то с краю группы заметил:

— А что если солнечная установка?

— Это древняя технология!

— Да, но она под руками — и действует, — заметил задумчиво кто-то еще. — У нас есть из чего собрать достаточно большой коллектор. Фред хороший электрик. Сможешь соорудить преобразователь, Фред?

— Для временной работы — да. Часть энергии можно использовать для зарядки батарей, а там прибудет корабль...

Калима услышала достаточно. Солнце. Его энергия. Питание... Боло нуждался в зарядке батарей.

Она улетучилась, прежде чем кто-нибудь ее успел заметить.

Удары хвойных шишек звучат как будто издалека. Запас энергии критически мал. Аварийный центр выживаемости функционирует, но сенсоры — уже почти нет. Скоро тьма вернется — уже навсегда. Мой новый командир больше не появлялся. Из 3 остававшихся дней 2,7 прошли без дальнейших контактов с командиром. Хорошо бы получить последнюю команду, но я опозорил свое подразделение. Этого и следовало ожидать. Все же одиночество неприятно, особенно перед смертью. Мне не хватает контакта с боевыми единицами бригады. Я бы хотел услышать смех погибшего командира. Я бы...

Ультрафиолетовое излучение игрек-диапазона вливается через мои внешние коллекторные панели. Мой командный центр получает питание, батареи заряжаются. Заработали внешние сенсоры. Откликаются ячейки памяти, о которых я давно забыл. Схемы самоанализа и цепи индивидуальности охватывает эйфория. Я жив! Происходит автоматическая оценка ущерба. За 1,73 секунды я определяю, что не могу двигаться, не могу говорить и вообще на 75 процентов проектных возможностей неработоспособен.

В ужасном состоянии вооружение. Боезапас израсходован не полностью — критический вред мне причинен прежде, чем я успел его растратить. Тем не менее, если восстановить силовую установку, я буду боеспособен.

Хотя реактор синтеза не работает, аварийные источники заряжены. Передними сенсорами фиксирую маленькую человеческую фигурку. Это мой командир. Пытаюсь установить контакт:

— Уммер. Уммер.

— О, привет, Уммер. Я... подумала, что тебя надо бы подпитать.