– Нет! Сейчас уже поздно, я обещаю, что позвоню завтра утром. До свидания. – Соня вышла в коридор и выразительно посмотрела на мужчину.
– Да! Да! Я, пожалуй, пойду. – Синицын засуетился. – Всего хорошего.
– Вам того же. – Соня резко захлопнула дверь и облегченно вздохнула: «Ну вот, пожалуй, и все. Приключения закончились».
Она не спеша стянула свитер и накинула футболку. Потом собралась сварить кофе и, так как спать совершенно не хотелось, решила еще раз обдумать свои планы на завтра.
Соня включила в кухне свет, и в этот миг в дверь опять позвонили.
«Что он на этот раз у меня забыл?» Соня про себя обругала Синицына последними словами и поплелась в коридор.
– Вы мне слегка надоели… – Она открыла дверь и пораженно замерла: на пороге топтался Герасимов, а в руках у него была большая хозяйственная сумка.
– Пошел вон! – рявкнула Соня и захлопнула дверь прямо перед носом Юры.
– Соня, открой, я принес тебе назад твои вещи, – пролепетал Герасимов, наклоняясь к двери.
Соня открыла дверь и зло уставилась на Юру – вытянутые синие треники, мешковатый розовый свитер, кожаная куртка нараспашку, трехдневная щетина, а в маленьких бесцветных глазках – вся скорбь мира.
– Хорошо. – Она внезапно ощутила жгучее отвращение к этому недоделанному мужичонке. – Если вещи не подошли твоей жене, то я заберу их обратно.
В ответ Герасимов молча попер на Соню и, когда наклонился к ее лицу, то она поняла, что он мертвецки пьян.
– Иди проспись. – Соня попыталась вытолкать Юру обратно, но тот неожиданно грубо схватил ее за руку и захлопнул входную дверь.
– Нам надо поговорить.
– Пошел вон! – Соня устало прислонилась к стене коридора. – Пошел вон, недоделанный!
Юра на мгновение замер, а потом подскочил к ней вплотную и заорал петушиным голосом:
– Не смей так со мной разговаривать, я все же мужчина!!!
Соня закатилась от смеха и еле выговорила:
– Иди к черту, «мужчина»!
Герасимов неожиданно подскочил к Соне и скрутил ей назад руки. Через мгновение он стянул через голову свой свитер и обвязал им ее ноги.
– Ты что, совсем обалдел? – Соня продолжала потешаться. – Ты же завтра с ума сойдешь, когда вспомнишь, что здесь вытворял спьяна.
– А я и так уже с ума сошел. – Герасимов затолкал в рот отчаянно упирающейся Соне ее же шарфик и мрачно произнес: – Ты меня все равно должна выслушать. Ну так вот, я хочу, чтобы мы опять жили вместе. Ты меня поняла? И еще – ты должна прийти и попросить прощения у моей матушки.
Соня энергично замотала головой и, когда Юра вытащил кляп, заорала, брызгая слюной:
– Да пошел ты!
Герасимов на мгновение задумался, а потом печально произнес:
– Эх, зря я помешал матери довести дело до конца, она ведь хотела исполнить это твое желание.
– Так, значит, это твоя матушка меня заказала? – Соня не могла поверить своим ушам. – Но почему?
Юра опустился рядом с ней на пол и вытянул ноги.
– Ты не переживай, я тебя убивать не собираюсь, я просто хочу, чтобы ты пережила то же самое, что и я. – Герасимов вытащил из кармана пузырек с таблетками. – Это снотворное. Сейчас ты их все выпьешь, а когда потеряешь сознание, я вызову «Скорую помощь». И тогда мы будем квиты.
– Идиот! – Соня еле сдерживалась от возмущения. – Что ты несешь? Что за цирк ты опять устраиваешь?
Юра, не обращая на нее никакого внимания, продолжал вяло бормотать себе под нос:
– Я тогда случайно услышал, как мать договаривалась с соседским хмырем. Она попросила его найти недорого убийцу. Представляешь? Вот дура. Пообещала им пять тысяч на двоих. Он и нашел какого-то наркомана, который впоследствии ее же и начал шантажировать. С соседом вместе. А тогда я пошел за ними следом и услышал, что мать заказала тебя.
– Но почему? – Соня была в шоке. – За что?
– Ну, она ненавидит красивых женщин – это раз, во-вторых, она не может тебе простить тот случай с моим самоубийством. Помнишь?
– Еще бы. Похоже, ты тоже его не можешь забыть. – Соня была просто поражена. – Но нельзя же только за это привести в дом к человеку убийцу. Я права?
Герасимов пожал худыми плечами:
– Я попытался ее отговорить, и тогда мать мне поставила ультиматум: или я в течение суток уезжаю с женой из страны и навсегда с тобой порываю и тогда ты останешься жива, в противном случае тебя убьют. У меня не было выбора, понимаешь ты это? – Юра опять сорвался на крик.
Соня, совершенно оглушенная услышанным, притихла и тупо рассматривала свои руки.
– Я позвонил ей из Египта. – Теперь Герасимов еле слышно бормотал. – Она сказала, что этот наркоман требует еще денег. И еще. Несмотря на то, что она уже отменила свой заказ. И тогда я вернулся.
– Ты их отравил? – Соня смотрела прямо в глаза Юре.
– Нет! Я не успел ничего сделать. Мать решила все сама. А откуда ты знаешь, что их отравили?
– Мне мент сказал, десять минут назад. Развяжи меня. – Соня осторожно дотронулась до Герасимова рукой. – Развяжи и иди домой. Все закончилось.
– Нет! – Юра упрямо мотнул головой. – Мы должны это сделать вместе. – И он высыпал из баночки таблетки и протянул их Соне. – Ешь!
– Отвали. – Соня ударила по Юриной руке, и таблетки с шумом рассыпались по полу.
