Этьен смотрит на повязку, на голые ноги, выглядывающие из-под длинного свитера, и понимает, что к нему вернулась изящная худенькая подруга его детства. Вот только живет она в конуре, а в соседях у нее псы и коты. Как нищенка… Он оставляет свое мнение при себе – не хочет ее расстраивать. Она сейчас выглядит лучше, спокойная, почти умиротворенная. Хорошо, что сбежала из крепости и от психованного мужа, это явно пошло ей на пользу…
– Ты ведь никогда не уезжала из Ла-Комели. – Этьен не спрашивает, он констатирует. – И живешь тут… Сколько? Два года?
– …И два месяца.
– Рехнуться можно!
– Я боюсь, что он меня найдет.
– Дамамм?
– Да.
– Я им займусь.
Нина меняется в лице, она в панике.
– Никто не может заниматься сумасшедшими. Даже полицейские. Не встречайся с ним, он заставит тебя сказать, где я… Обещаешь?
– Ладно… – нехотя бурчит Этьен.
– Спасибо тебе… – В голосе Нины звенят слезы.
Она ставит на стол чашки, коробку с чайными пакетиками, и Этьен не решается сказать, что ничего не хочет.
– У тебя есть новости об Адриене? – спрашивает она.
Этьен чувствует укол ревности: он только что пришел, а она уже заводит разговор
– Похоже, он взял и все бросил – Париж, пьесы, светскую жизнь – и, если Луиза не врет, путешествует. Она иногда летает повидаться с ним… Сама знаешь, они всегда темнили… не могут, как все нормальные люди, пожениться и наделать детишек.
– Зачем ты пришел, Этьен?
– Хотел увидеться. В прошлый раз я взбесился из-за письма Клотильды… Жалел потом… Вскоре ты исчезла… а я не озаботился, идиот. Чем зарабатываешь на жизнь?
– Ничем.
Этьен смотрит недоверчиво.
– Я почти ничего не стою Лили. Хотела продать украшения, но она не позволила. Лили – директор приюта. Моя подруга. Спасительница. Она покупает мне кое-какую одежду на распродажах, обеспечивает зубной пастой, мылом и аспирином от головной боли. Белье я стираю у нее, овощи рву на ее огороде. Сколько хочу. Лили маринует, солит, парит, варит и печет пироги, а я помогаю управлять приютом и делаю всякую всячину на продажу для дней открытых дверей.
– Надолго тут задержишься?
– Не знаю.
– Это не жизнь, Нина!
– Уж какая есть…
– Ты ни в чем не виновата, а живешь как… рецидивистка!
– Еще как виновата! Я виновата в том, что вышла за Эмманюэля Дамамма.
– Тебе было восемнадцать, и ты потеряла деда, единственного члена своей семьи!
Она протягивает ему чашку, вздыхает и говорит:
– Попросишь Мари-Лор сходить на кладбище? Я не могу навестить дедулю и волнуюсь, в порядке ли могила. Пусть отнесет ему цветы… Но она не должна знать, что мы виделись.
– А ты не должна так жить!
– Мне здесь нравится. Мы давно знакомы, и я точно знаю, что ты думаешь об этом месте. Стены в трещинах, плесень в швах, оконная рама сгнила, но поверь мне, это райское место! Мне бы очень хотелось свободно гулять по городу, пить кофе на террасах, но я пока не готова. Эмманюэль меня ищет, в этом нет никаких сомнений. Назови меня психопаткой, если хочешь, но я в безопасности только рядом с Лили.
– Твою Лили зовут Элиана Фолон… Бывшая шлюха.
– …
– Даже в тюрьме сидела и…
– Уходи, Этьен.
– Не злись, Нина. Признай, ты имеешь обыкновение окружать себя странными личностями.
– Да, я злюсь! Ты явился сюда, чтобы облегчить совесть? Ну вот, сам видишь, со мной все в порядке, можешь возвращаться в Лион. И не смей очернять единственного человека, поддержавшего меня в минуту отчаяния и ничего не потребовавшего взамен!
–
– Убирайся, Этьен!
– Как скажешь…
– Спасибо, что заглянул.
– Ты все та же зануда.
– Стараюсь.
Нина уже жалеет, что погорячилась. Ей хочется задержать его и начать разговор с нуля. Этьен пришел предложить решение, у него были добрые намерения. Нужно, чтобы он понял:
– Я кое-кого встретил, – сообщает он с порога.
– Желаю счастья.
– Звони в любой момент… Номер прежний…
– Я не включаю телефон.
Они обмениваются последним взглядом. Нина касается ладонью его щеки, он целует ей пальцы.
Этьен идет вдоль отсеков псарни. Двое молодых людей смывают шлангами грязь, волонтерка пристегивает поводок к ошейнику метиски колли и ведет ее гулять. На табличке, прикрепленной к решетке, записаны данные постояльца: ДЕББИ; ПОРОДА ОХОТНИЧЬЯ, СМЕШАННАЯ; СУКА, СТЕРИЛИЗОВАНА. Род. в 1999-м, В ПРИЮТЕ С 2001-го. Две другие собаки лают, виляя хвостами.
Лили окликает Этьена из своего кабинета:
– Видели Нину?
– Да.
– Она сказала, что ей страшно?
– Да.
– Вы ее друг Этьен?
– Да.
– Легавый?
– Угу…
– Сможете остановить психа?
– Нет.
– Решили дождаться, когда он ее убьет?
– Не вам мне приказывать, мадам. Я знаю, кем вы были и чем занимались.
– Это только мое дело, молодой человек.
Он сразу пожалел о сказанном, вина не на нем и не на этой несчастной, но доброй тетке.
– Извините…
– Принимается. Проехали…
– …
– Нина хорошая малышка. Когда мы встретились, она была самым жалким созданием на свете. Не стойте столбом, заходите и выпейте чашку кофе на дорожку.
