Время от времени Этьен вылезал, чтобы наполнить стаканы. Тихо играла музыка – он записал на кассету их любимые отрывки, те, что они слушали чаще всего за последние десять лет. Все без исключения,
Они долго плавали в черной воде, пугали друг друга, как малолетние дураки, Этьен напевал тему из «Челюстей» и кружил вокруг Нины, а она выла и рычала под водой, изображая акулу, один раз прыгнули с пятиметровой вышки, не видя под собой воды.
В четыре утра троица вернулась домой мертвецки пьяная, замерзшая и счастливая. Три идиота все время смеялись и орали песни.
– У меня был лучший девичник на свете… Спасибо вам…
Она вспомнила деда и долго-долго плакала на груди у друзей, потом они приняли обжигающе горячий душ, улеглись на Нинину кровать и принялись читать комиксы. Ребята выкурили косячок. В конце каждой страницы Адриен или Этьен произносил: «Готово…» – и она переходила к следующей.
В пять утра Нина спросила на границе сна:
– Вы когда-нибудь хотели меня?
– Заткнись! – рыкнул Этьен.
– Да ладно, я выхожу замуж, можете все говорить!
– Правда? – язвительно переспросил Адриен. – Ладно, слушай: машина новая, заправлена под завязку, завтра мы увезем тебя очень далеко, а в сентябре отправишься с нами в Париж.
– Но… у меня завтра свадьба.
– Адриен пытается сказать, что ты еще можешь все отменить! – вмешался Этьен.
– А как же мое платье?
– Продадим…
– Но я не могу поступить так с Эмманюэлем.
– Спасайся бегством, Нина, едем с нами! Мы о тебе позаботимся! – взмолился Адриен.
– А что будет с моим домом?
– Не беспокойся, мама туда переедет.
– Я не могу бросить Эмманюэля, я его люблю, он замечательный!
– Жизнь замечательна, а не этот твой… Если любит, подождет.
– Вам не понять… Разве так трудно порадоваться за меня? В кои веки раз? Да вы просто ревнуете!
– Ревнуем? Мы ревнуем? Да класть я хотел на твою жизнь в Замке, слабоумная моя! – взорвался Этьен. – Кто дезертировал? Кто нас бросил? Забыла, что мы собирались жить в Париже втроем?
– Ты тупой придурок!
– Сама ты идиотка!
– Вы что, рехнулись оба?! – вмешался Адриен.
– Она действует мне на нервы! – прошипел Этьен.
– Что-то ты не сильно нервничал, когда нуждался в моей помощи!
– Что за намеки?! А ну-ка объяснись!
– Кто списывал у меня все задания в лицее?
– Ну да, списывал, а ты не брезговала моими денежками!
– Твоими денежками? Что ты лопочешь?
– Забыла поездку в Сен-Рафаэль?
– Ну хватит, успокойтесь! – воззвал к друзьям Адриен.
– Не лезь, молчун! Вечно скрываешь свои мысли!
– Сейчас выскажусь: я думаю, ты не должна выходить замуж.
– Почему? Назови хоть одну вескую причину.
– Ты слишком молодая.
– А ты не понял, что в день смерти деда моя молодость закончилась! И руку помощи мне протянул Маню. Он заботился обо мне… А вы оба укатили в Париж и были очень довольны собой. Не стали себя утруждать. А он стал.
Они замолчали. Успокоились. Взглянули друг другу в глаза. Пожалели, что сцепились. Этьен свернул еще один косячок. Нина спустилась на кухню за виски и стаканами, потом они еще минут пятнадцать сидели и молчали. Небо посветлело, и Адриен сказал:
– Вы должны кое-что знать…
– Наконец-то решился! – бросила Нина. – Ты предпочитаешь мальчишек, так?
– Нет, не так, – вмешался Этьен. – Он предпочитает мою сестру.
Адриен покраснел.
– Я начал писать роман.
Они смотрели, не понимая.
– Писать легче, чем говорить, – добавил Адриен.
– И обо мне напишешь? – обрадовалась Нина.
– Само собой… Я рассказываю о себе, куда же мне без тебя…
– Я тоже стану героем романа? – встревожился Этьен.
– А в чем дело? Разве есть что-то, о чем следует молчать? – спросил Адриен.
Они смерили друг друга взглядом.
– Я что-то пропустила? – удивилась Нина, но ответа не дождалась и продолжила допрос: – Какое имя ты дашь мне в твоем опусе?
– Решай сама.
– Анжелика.
– Ну ты и придумала, – расхохотался Этьен.
– А ты что выберешь? – спросил Адриен.
– Курт. В честь Курта Кобейна.
– Да.
– Нина Бо, вы берете в мужья Эмманюэля Жан-Филиппа Дамамма?
– Беру.
– Теперь вы муж и жена перед Богом и людьми. Можете поцеловаться.
