Но на размышления времени совсем не оставалось. Двигаясь стремительно и, как показалось Тюрину, с подчеркнутой упругостью, Дикштейн, миновав стойку, бросил на нее ключ от номера и вышел на улицу. Следивший за ним израильтянин, Мейер, бросил газету и последовал в том же направлении.
Подойдя к лифту, Тюрин нажал кнопку первого этажа. В микрофон он бросил: «Это Двадцатый. Я засек Пирата». Ответа не поступило: стены здания препятствовали прохождению радиоволн. Он вышел из лифта на первом этаже и побежал по пожарной лестнице, подхватив плащ на той площадке, где оставил его. Оказавшись на воздухе, он попробовал снова связаться: «Это Двадцатый. Я засек Пирата».
«Отлично, Двадцатый. Тринадцатый тоже его видит».
Тюрин заметил объект, пересекающего Кромвел-роуд.
– Я следую за Мейером, – сообщил он в передатчик.
«Пятый и Двадцатый, оба слушайте меня. Прекратите слежку. Вы поняли, Пятый?»
«Да»
«Двадцатый?»
– Понятно, – сказал Тюрин. Остановившись на углу, он проводил глазами Дикштейна и Мейера, исчезавших по направлению к Челси.
«Двадцатый, возвращайтесь в отель и выясните номер его комнаты. Снимите номер по соседству. Как только это будет сделано, звоните мне по телефону».
– Ясно, – повернувшись, Тюрин направился к гостинице, прикидывая, как выведать у портье номер Дикштейна. Но ключ от комнаты Дикштейна по-прежнему лежал на конторке, и Тюрину осталось только запомнить номер.
Подошел портье.
– Чем могу служить?
– Мне нужен номер, – сказал Тюрин.
