Как? Все провода проходят за панелями, значит, надо раздобыть отвертку и снять панель. Скорее, скорее, пока Ростов не вернулся!.. Суза отыскала в углу ящик с инструментами и достала оттуда маленькую отвертку. Открутив два винтика по углам, она потеряла терпение и выломала панель руками. Внутри оказалась масса переплетенных проводов, похожая на безумные спагетти. Она захватила их в горсть и дернула. Ничего не произошло: проводов было слишком много. Она принялась яростно дергать провода один за другим, но азбука Морзе продолжала пищать. Тогда она плеснула во внутренности остатки водки: писк затих, и все лампочки на панели погасли.
Послышался глухой стук – похоже, Александр пришел в себя. Ну, теперь уже все равно – они и так догадаются, когда увидят радиостанцию.
Суза вышла, прикрыв за собой дверь, и спустилась по трапу на палубу, прикидывая, где можно спрятаться и как устроить диверсию. Смысла кричать «Человек за бортом» уже нет – ей просто не поверят. Опустить якорь? А как?
Что сейчас будет делать Ростов? Поищет радиста на камбузе, в столовой и в каюте. Не найдя, вернется в радиорубку и примется искать уже ее саму – методично и тщательно: начнет с носа, прочешет главную палубу, затем пошлет одну команду наверх, а вторую – вниз. Что находится в самом низу судна? Машинное отделение. Значит, там она и спрячется. Суза уже поставила ногу на ступеньку, как вдруг увидела Ростова.
А он увидел ее.
Слова вылетели сами собой:
– Александр вернулся. Я отлучусь ненадолго.
Ростов хмуро кивнул и направился в сторону радиорубки.
Миновав две палубы, Суза спустилась в машинное отделение. Дежурный механик удивленно уставился на нее.
– А тут у вас тепленько, – весело сказала она. – Можно я составлю вам компанию?
– Я не говорить… английский… пожалуйста… – медленно произнес он.
– Вы не говорите по-английски?
Он покачал головой.
– Мне холодно. – Суза изобразила дрожь и протянула руки к двигателю. – О’кей?
Механик несказанно обрадовался обществу красивой девушки и энергично закивал.
– О’кей!
Некоторое время он завороженно пялился на нее. Наконец ему пришло в голову, что нужно проявить гостеприимство. Оглядевшись по сторонам, механик вытащил из кармана пачку сигарет и предложил ей.
– Обычно я не курю, но сейчас, пожалуй, не откажусь, – сказала она, взяв сигарету. Механик любезно помог ей прикурить. Суза покосилась на дверь, ожидая, что вот-вот появится Ростов, затем глянула на часы. Господи, уже пять двадцать пять! Даже подумать времени нет! Так, устроить заваруху… Крикнуть, бросить якорь, устроить пожар…
Устроить пожар.
Но как?
Бензин… Где-то тут должен быть бензин.
Она осмотрела двигатель. Куда поступает топливо? Какая-то куча трубок… Сосредоточься! Надо было лучше разбираться в моторе своей машины. Может, судовые двигатели действуют по тому же принципу? Иногда в них используется дизельное топливо. А этот какой? Судно быстроходное – значит, скорее всего, используют бензин: Суза смутно припомнила, что бензиновые двигатели дороже, но позволяют ехать быстрее. Значит, он такой же, как автомобильный. Как-то раз она меняла свечу зажигания.
Да, похоже. Шесть свечей, от них провода ведут в круглую коробку типа распределителя. Где-то еще должен быть карбюратор. Бензин проходит через карбюратор – такую маленькую штучку, она еще засоряется иногда…
Из переговорного устройства что-то рявкнули на русском, и механик поспешил ответить, повернувшись к ней спиной.
Всё, больше медлить нельзя.
Суза заметила нечто похожее на кофейную банку с крышкой, прикрепленную в центре гайкой. Может, это и есть карбюратор? Она протянула руку и попыталась отвинтить ее пальцами… Тщетно. К «банке» вела толстая пластиковая трубка, Суза ухватилась за нее и дернула, но ничего не вышло. Тут она вспомнила про отвертку в кармане штормовки и ткнула острым концом в трубку, однако пластик оказался толстым и твердым. Тогда Суза размахнулась и что есть силы вонзила отвертку в шланг. На этот раз ей повезло: в пластике появилась глубокая царапина. Она вставила в нее отвертку и принялась крутить и давить.
Тем временем механик добрался до переговорного устройства и ответил что-то на русском.
Из возникшего в трубке отверстия вырвалась струя прозрачной жидкости, в воздухе запахло бензином. Суза бросила отвертку и побежала к трапу.
Добежав до подножия лестницы, она оглянулась: улыбающееся лицо механика трансформировалось в злобную маску, и он метнулся за ней.
Русский уже занес ногу на ступеньку; по полу растекалась лужица бензина. В руке у Сузы все еще оставалась зажженная сигарета; она бросила ее в лужу и побежала вверх по трапу.
Раздался громкий хлопок, снизу полыхнуло ярким пламенем, и девушку обдала волна жара: загорелись брюки. Визжа от боли, Суза рывком бросилась на палубу, пытаясь сбить пламя. Кое-как выпутавшись из штормовки, она обернула ею ноги. Огонь погас, но боль была невыносимой.
Ей захотелось упасть в обморок. Если лежать неподвижно, то можно отключиться, и боль уйдет… Глянув вниз, Суза увидела, что с нее падают какие-то обгорелые кусочки, и не смогла разобрать, джинсы это или ее собственная плоть.
