– Как же вам удалось сюда дойти без помощи волшебников? – спросила Паксахара у троих фамильяров.
– Мы сперва и не думали, что такое возможно, – покачала головой Скайлар. – Но возможно, мы, животные, на самом деле куда могущественнее, чем внушили нам люди.
– Ни за что не поверю! – воскликнула Паксахара.
– Поверила бы, если бы повидала то же, что и мы, – снисходительно отозвалась Скайлар.
Коридор все круче уходил вниз. Паксахара вела их все дальше и дальше, ее длинные ушки и пушистый хвостик подпрыгивали на каждом скачке.
– Я вижу, вы очень преданы своим верным, раз решились на такое!
– Ради Марианны я готов на все! – квакнул Гилберт.
– Как и я ради Далтона, – добавила Скайлар.
– Ну а ты? – спросила Паксахара, обернувшись к Элдвину.
– А я что? Я даже не настоящий фамильяр, – ответил кот. – У меня нету никаких магических способностей. Но я очень горжусь тем, что служу Джеку!
– Да, похоже, все вы готовы пожертвовать жизнью ради этих волшебников… – сказала Паксахара. – Я ведь тоже когда-то относилась так к королеве… – добавила она, грустно дернув носиком.
И тут издали донесся крик:
– Эй, кто-нибудь! Помогите!
Элдвин услышал этот голос – и сердце у него сжалось.
– Джек, мы тут! – завопил Элдвин и сломя голову помчался на голос. Гилберт тоже запрыгал как сумасшедший, а Скайлар перепархивала следом, не обращая внимания на боль в крыле.
– Уже недалеко! – выкрикнула Паксахара. Крольчиха не отставала от остальных фамильяров, с ее-то длинными ногами это было легче легкого.
– Марианна, держись! – проквакал Гилберт.
Лягух едва не расплакался, когда они вбежали в круглую камеру в самой глубине подземелья. Элдвин увидел мечи и щиты, висящие на стенах. Судя по хлыстам и намордникам, тут держали не только людей, но и животных. Пол был холодный, сырой, и на нем виднелись следы когтей. Паутины на стенах не было – даже пауки не осмеливались селиться в этой сырой дыре. У дальней стены Элдвин увидел Джека, Марианну и Далтона. Ребята по-прежнему были одеты в ночные рубашки, в которых их взяли в плен, и были прикованы за руки железными расклинательными цепями. У их ног стояло ржавое ведро, до половины наполненное водой. Защитное поле Кальстаффа уже не сияло так ярко, как прежде, – казалось, оно вот-вот угаснет.
Гилберт прыгнул к Марианне и обнял ее за ногу своими перепончатыми лапами. Скайлар доковыляла до Далтона и ткнулась в него головой. А Элдвин бросился к Джеку так, будто они были друзьями всю жизнь.
– Я знал, что вы нас найдете! – воскликнул Джек. Он хотел было обнять Элдвина, но не смог: цепи не давали ему свести руки. – Я знал!
– Мне столько всего надо тебе рассказать! – промурлыкал Элдвин, привалившись щекой к ноге Джека. – Даже не знаю, с чего начать!
– Королева только недавно ушла, – сказал Далтон. – Освободите нас от цепей! Мы не можем колдовать, пока на нас эти кандалы.
– Я знаю заклинание, которое может создать силовой ключ, что откроет замки, – вмешалась Паксахара. – Фамильяры, подойдите ко мне и станьте напротив своих верных. Мне надо объединить наши силы. Элдвин, и ты тоже!
Элдвин, Скайлар и Гилберт отошли от своих волшебников и выстроились напротив Паксахары.
– Что она говорит? – спросил Джек.
– Она создаст силовой ключ, – перевел Элдвин.
– А я и не знал, что кролики владеют такой могущественной магией! – восхитился Джек.
– Передай мальчишке, что я не кролик! – ответила Паксахара довольно уязвленным тоном. – Кролики – это для слабосильных деревенских волшебников. Я зайчиха!
«Кролик, зайчиха – какая разница?» – подумал Элдвин. Главным сейчас было освободить Джека и поскорей выбраться из этой темницы!
Паксахара вскинула свои мохнатые серые лапы и заговорила нараспев:
– Доволайен окнамут супентин!
– Зайчиха? – вполголоса переспросил Гилберт.
Элдвин обернулся и посмотрел на него.
– Зайчиха? – повторил лягух.
– Зи по укотени высове! – продолжала читать Паксахара. Лапы у нее засветились зеленым.
– Зайчиха… косая… – бормотал Гилберт, как будто пытаясь решить какую-то загадку, – косая зайчиха… косоглазая ведьма…
– Эконпеске в прови! – все громче и громче говорила Паксахара.
На кончиках ее лап искрились и трещали разряды.
– Не-е-ет!!! – завопил Гилберт. Он подпрыгнул и оттолкнул Элдвина со Скайлар в тот самый миг, как с лап Паксахары сорвалась смертоносная молния. Молния ударилась в стену, оставив в ней зияющую дыру.
– Это была ты! – вскричал Гилберт, указывая на Паксахару. – Ты и есть та самая ведьма!
– Гилберт, ты о чем? – переспросила Скайлар.
– О моем видении! Вы что, не понимаете? Она и есть косая ведьма. Она, а не Агдалина!
Паксахара стояла напротив них. Лапы у нее дымились, красные глазки злобно сверкали.
– Ничего не понимаю! – растерялась Скайлар. – Так ты заодно с королевой, да?
– Еще чего! – прошипела Паксахара. Ее голос, только что такой тихий и невинный, сделался холодным и резким. – Королева в плену уже много-много месяцев, она сидит в клетке во дворце в облике зайца. Может, вы не знаете, каков мой магический дар, но я от рождения…
– Оборотень! – воскликнула Скайлар.
– Что она говорит? – спросил Далтон. – Кто-нибудь может объяснить, что происходит?
