Ирине показалось, что при последних словах мужа на лице Якова показалась ухмылка презрения. Презрение имело место, и относилось оно, разумеется, к этому жалкому типу, который вместо того, чтобы навести порядок в семье самостоятельно, позорит женщину, устраивая скандал на глазах у всех. Ирина же отнесла презрение к своей персоне. Теперь он посчитает ее несерьезной, легкомысленной женщиной и не станет заключать с ней контракт. И завтра ее выгонят со студии взашей!
И виноват в этом будет он – вот этот человек, за которого она, на свою беду, вышла замуж девятнадцать лет назад! Где были ее глаза, отчего она не разглядела его раньше? Отчего она не разорвала с ним отношений, когда он уехал, ведь знала же, что ничего у них больше не склеится? И вот теперь, когда она самостоятельно преодолела все трудности, нашла работу, преуспела в своей деятельности, когда ей повезло встретить продюсера, который заинтересовался ее романами, этот тип, бывший муж, встрял со своими дурацкими обвинениями и все испортил!
Ирина стиснула зубы, решительно отодвинула попавшегося на пути Семиренко, шагнула к мужу и с размаху двинула его кулаком по скуле.
Сама того не зная, она нанесла удар по всем правилам боевого искусства – завести руку назад, потом размахнуться всем корпусом, рывком перенести тяжесть с правой ноги на левую и влепить кулаком аккуратно в челюсть с левой стороны.
Удар был хорош. Бывший муж от него отлетел метра на два и летел бы дальше, если бы не случилась у него на пути стена дома. Он медленно сполз по стене на асфальт, да так и остался там сидеть, вылупив глаза и разинув рот.
– Оп-па! – громко восхитился Константин. – Вот это удар! Вот это женщина!
– Ой, – проскрипел Семиренко, потирая лоб, – я, пожалуй, пойду. Мне бы кого поспокойнее…
– Идем, Лаврентьич! – весело сказал Константин. – Мы им тут без надобности, она с этим козлом и так уже разобралась.
Он сунул Семиренко в свои «Жигули» и уехал.
– Яков, едем и мы, я вам все по дороге объясню! – крикнула Катя, не выходя из машины.
– Какой типаж! – в полной прострации бормотал Яков. – Какая экспрессия! Снимать! Немедленно снимать!..
Яков взглянул на Ирину затуманившимися глазами и сел в машину, понукаемый Катей.
Ирина вздохнула и посмотрела на мужа. Он громко сглотнул и потрогал руками челюсть. Челюсть вроде бы функционировала, но скула распухала на глазах.
– Ну, Ира, – заговорил муж, пряча глаза, – ну что ты так горячишься? Ну, я, конечно, согласен на развод и не стану претендовать на квартиру… Но зачем же так волноваться, можно же было по-хорошему договориться, ведь мы же интеллигентные люди все-таки…
Ирина бросила ему свой носовой платок и вошла в подъезд.
Прошло больше двух месяцев. Три подруги были ужасно заняты. Катерина круглосуточно пропадала на съемках, торопясь закончить все до приезда мужа. Ее интересы полностью совпадали с интересами кинокомпании, поскольку съемки нужно было закончить до зимы.
Ирина писала новый роман и оформляла бумаги насчет развода. Муж все послушно подписал.
Жанна слетала на пару недель на Канары, чтобы снять стресс, привезла оттуда нового любовника и занялась им и делами. Виделись подруги редко.
Зима наступила, как всегда, неожиданно для всех, хотя на улице был декабрь.
В квартире у Ирины стоял жуткий холод, поскольку коммунальные службы, как всегда, не успели проверить отопление и трубы лопнули при первом же несильном морозе. Однако Ирина мужественно сидела у компьютера, закутавшись в плед и прижав коленки к масляному радиатору.
Телефонный звонок в пустой квартире прозвучал неожиданно.
Звонила Катя.
– Ирка, мне страшно! – начала она с ходу. – Понимаешь, сегодня должен прилететь Валик…
– Поздравляю! – вставила Ирина. – С радостью тебя!
– Да погоди ты! – отмахнулась Катя. – Рано еще радоваться. До этого от него никаких известий не было, потому что экспедиция была далеко от цивилизованных мест. Так что я и не волновалась, то есть волновалась, конечно, но не так, ты понимаешь?
– Понимаю, – ответила Ирина и подумала, что очень кстати подвернулся Кате Яков Сатановский со своими съемками. Катерина отвлеклась и не так психовала по поводу своего профессора.
– И вот вчера кто-то звонил из этого самого Уагадугу.
– Твой муж?
– Кажется, нет, – неуверенно ответила Катя, – было очень плохо слышно. У них там какие-то беспорядки, взбунтовалось одно из племен союза моси… В общем, связь была очень плохая, я поняла только, что они прилетают сегодня в пять часов вечера.
– А что, откуда-нибудь по пути профессор не мог позвонить и толком объяснить? – с подозрением спросила Ирина. – Насколько я знаю, нет такого рейса: Санкт-Петербург – Уагадугу.
– Ох, ну я не знаю! – с раздражением ответила Катя. – Ну кажется, они через Марсель… Вот поэтому-то я и волнуюсь! Ирка, я просто не вынесу, едем со мной в аэропорт!
