— Почти уверен в этом, — хмуро кивнул эрт Торано. — До недавних пор проход в Лазоревую долину[1] был закрыт даже для жрецов. Но если увязать два этих факта со скорым прибытием в империю посольства из Норейских гор… Сам догадаешься, что к чему, или тебе понадобится подсказка?
Эрт Ларун приглушенно выругался.
— Вот, значит, во сколько они оценили наших детей?
Ректор грустно улыбнулся.
— Кровь бога, наша общая история и шанс увидеть самый первый храм этого мира… За возможность прикоснуться к древним тайнам император пойдет на многое. А жрецы тем более. Да и кто бы на их месте отказался? Тем более когда мроны, которые тысячелетиями скрывали и охраняли этот проход от любопытных, в кои-то веки предложили нам сотрудничество.
— А как же тогда Миррт? — ошарашенно моргнул Ларун.
— Он — тоже часть цены: он раскрылся. И раз уж мроны на это пошли, то, как ты понимаешь, настроены они серьезно.
Ректор помолчал, давая другу возможность переварить новости, а потом полез в стол и достал оттуда два вскрытых письма.
— На, читай. Еще две вести из разряда тех, которые ты называешь отвратительными.
Ларун скривился.
— Что? Решил отомстить мне за невинную шутку?
— Читай, читай, — подбодрил его эрт Торано. — Не все же тебе надо мной издеваться.
Куратор забрал письма, по очереди пробежался глазами по каждому, а потом с укором взглянул на друга.
— Ну вот и как тебя после этого обозвать?
— Как хочешь. Раз уж твой братец изъявил желание побеседовать с Линнелем и его тройкой на своей, а не на моей, как мы уговаривались, территории, то тебе их туда и сопровождать. И только попробуй не вернуться оттуда сам или не вернуть моих студентов.
— А жрецам что от них понадобилось? — поморщился Ларун. — И почему настоятель заручился поддержкой императора прежде, чем написать тебе это письмо?
— Насколько я понимаю, ему очень важно, чтобы ребята посетили столичный храм. И туда же, если я не ошибаюсь, был доставлен освященный в Рино алтарь.
— Думаешь, святоши хотят убедиться, что нашу троицу действительно благословили?
— Думаю, они могут попытаться проверить, насколько сильно богини в них заинтересованы и нельзя ли это использовать, — неестественно спокойно ответил эрт Торано. — А поскольку мне как потомственному проклятийнику в храм дорога заказана, то туда их проводишь ты. Как их персональный куратор и как человек, которому я могу полностью доверять.
— Мне все это не нравится, — пробурчал Ларун, возвращая оба письма.
— Думаешь, я в восторге?!
— Терпеть не могу жрецов. Скользкие, изворотливые… не хуже моего братца. И когда я должен туда отправиться? — словно не услышал Вихрь.
Ректор тяжело вздохнул.
— Через неделю. А за это время хоть наизнанку вывернись, но приведи моих студентов в форму и сделай так, чтобы после выхода в город они не угробили ни себя, ни простых людей.
[1] Священное для мронов и закрытое от остальных рас место в Норейских горах, считающееся по некоторым данным колыбелью человечества. Предположительно, там же когда-то был низвергнут Саан и там же захоронены его останки.
— Надоело! — пробурчала Ланка, с мрачным видом пнув сапогом стену, но на ослепительно белой краске не осталось даже отметины. — Все надоело! Сколько можно нас тут держать?!
— Мяу! — важно согласилась с ведьмачкой сидящая на моих коленях кошка.
— Вот! Даже Злюка со мной согласна! И вообще, помещать нас в изолятор накануне выходных — это нечестно!
Ник вздохнул.
— Пока дядя не даст добро, нас отсюда не выпустят.
— Но это же глупо! С нами все в порядке! Ты больше не швыряешься огнем, у меня нет ни одного ожога, да и Ниэль не пострадала… Слушайте, а давайте отсюда сбежим? — с надеждой обернулась подруга.
Я, продолжая рассеянно гладить кошку, скептически на нее посмотрела.
В этой комнате нас держали уже несколько часов. Белые стены, белый пол и такой же утомительно белый потолок… ни окон в ней, ни дверей — целители приходили сюда через специально выстроенный портал. Так что сбежать из камеры было, мягко скажем, проблематично. Да и магическая защита вокруг стояла ого-го, и я очень сомневалась, что нам удастся ее взломать.
Поняв по моему лицу, что предложение отклоняется, Ланка с унылым видом плюхнулась на соседнюю койку. Их нам выделили целых три. В этой же самой комнате, где мы, к слову, не так давно проторчали целую неделю и не особенно горели желанием возвращаться. Но тогда нас ежедневно осматривали, с нами беседовали целители, каждый час кто-то приходил и исследовал наши ауры через специальные артефакты. А сегодня нас просто бегло оглядели, просветили парочкой артефактов, после чего запихнули в этот стерильный склеп, и вот уже на протяжении четырех часов больше ничего не происходило.
— Ну хоть поесть-то нам сегодня дадут? — снова заканючила Ланка, когда молчание стало невыносимым. — Снаружи небось уже вечереет. Ужин давно прошел. Или, может, нас решили заморить голодом?
— Так, — вдруг раздался из-под потолка долгожданный и до боли знакомый голос. — Я все узнал. Защиту тут устанавливали профессионалы, но на призраков она, к счастью, не рассчитана, так что садитесь и слушайте.
