Ляо Хуа остался с половиной войска на стоянке, а Гуань Пин ночью с отрядом ворвался в лагерь противника. Там было пусто, и Гуань Пин понял, что попался в ловушку. Он бросился обратно, но тут слева и справа напали на него Сюй Шан и Люй Цзянь. Остаткам разбитого войска Гуань Пина едва удалось добраться до своей стоянки. Враги преследовали их и окружили стоянку. Гуань Пин и Ляо Хуа не выдержали натиска противника и бежали в направлении сычжунского лагеря. Но там полыхал огонь, повсюду виднелись знамена и значки вэйских войск.
Беглецы поспешно свернули на большую Фаньчэнскую дорогу и стали уходить, но путь им преградило многочисленное войско. Во главе его был Сюй Хуан.
В отчаянной схватке Гуань Пин и Ляо Хуа пробились через ряды врага и бежали в лагерь Гуань Юйя.
– Сюй Хуан захватил Яньчэн, а Цао Цао с большим войском идет на помощь Фаньчэну, – сказали они Гуань Юйю. – И ходят слухи, что Люй Мын занял Цзинчжоу.
– Слухи эти распускает враг, чтобы смутить дух моих воинов, – отвечал Гуань Юй. – Люй Мын опасно болен, и его место занял трусливый Лу Сунь. Причин для тревоги нет!
Не успел он это вымолвить, как к лагерю подошли войска Сюй Хуана. Гуань Юй приказал подать коня.
– Вы еще не совсем здоровы, батюшка, – предостерег Гуань Пин. – Вам нельзя сражаться.
– Мы с Сюй Хуаном старые знакомые, – усмехнулся Гуань Юй. – Я знаю его способности. Если он сейчас же не уберется отсюда, я его убью в назидание другим вэйским военачальникам.
Надев латы, Гуань Юй смело выехал вперед. При виде его вэйские воины задрожали от страха.
– Где тут Сюй Хуан? – закричал Гуань Юй, придерживая коня.
В вэйском строю заколыхались знамена, и вперед выехал Сюй Хуан.
– Много лет прошло с тех пор, как мы виделись с вами в последний раз! – сказал он. – Я не представлял себе, что ваша борода и усы поседели! Помню, как часто мы услуживали друг другу в молодости! Тогда я имел честь слушать ваши наставления и поучения! Очень вам за них благодарен! Ныне слава ваша потрясает всю страну, ваши старые друзья завидуют вам! Как я счастлив, что мне снова довелось увидеться с вами!
– Да, мы когда-то с вами были дружны! – согласился Гуань Юй. – Но скажите, почему вы так жестоко преследуете моего сына?
– Тысячу золотых тому, кто добудет голову Гуань Юйя! – неожиданно закричал Сюй Хуан, обернувшись к своим военачальникам.
– Что вы такое сказали? – изумился Гуань Юй.
– Сейчас решается государственное дело, – отвечал Сюй Хуан. – И я не поступлюсь им ради нашей дружбы!
Он взмахнул секирой и бросился на Гуань Юйя. Тот поднял меч. Они схватывались более восьмидесяти раз. Гуань Юй владел оружием превосходно, но правая рука его еще была слаба, и Гуань Пин, боявшийся за отца, ударил в гонг.
Гуань Юй вернулся к себе в лагерь. Но Цао Жэнь, узнав о том, что на помощь осажденному Фаньчэну пришел Сюй Хуан, вышел с войском из города, и они вместе напали на лагерь Гуань Юйя. Цзинчжоуских воинов охватила паника. Гуань Юй вскочил на коня и повел свое войско вдоль берега реки Сянцзян. Переправившись через реку, они двинулись в направлении Сянъяна.
Тут их нагнал всадник с известием, что Люй Мын занял Цзинчжоу и семья Гуань Юйя погибла.
Тогда Гуань Юй изменил направление и поспешил в Гунань. Но в пути разведчики доложили, что Фуши Жэнь, охранявший Гунань, сдался Сунь Цюаню. Гуань Юй пришел в ярость. Вскоре примчались гонцы, которых он посылал в Наньцзюнь за провиантом, и рассказали, что там был Фуши Жэнь, который убил гонца, посланного Гуань Юйем, и уговорил Ми Фана сдаться. Гуань Юй задохнулся от гнева, рана его вновь открылась, и он, лишившись сознания, рухнул на землю. Военачальники с трудом привели его в чувство.
Обратившись к сы-ма Ван Фу, Гуань Юй проговорил:
– Каюсь, что своевременно не послушал вас! Вот и случилась беда! – Он спросил, почему не подали сигнала с береговых башен.
– Люй Мын со своими помощниками переоделись в белые одежды и переправились через реку на судах, в трюмах которых были спрятаны отборные воины. Высадившись на берег, они расправились с башенной охраной, прежде чем те успели дать сигнал, – объяснили разведчики.
– Попался я все-таки на хитрость злодея! – Гуань Юй даже топнул ногой с досады. – Какими глазами буду я смотреть в лицо моего старшего брата?
– Положение наше очень опасное! – заметил Чжао Лэй, чиновник, ведавший провиантом. – Надо послать гонца в Чэнду с просьбой о помощи, а самим по суше и по воде идти на Цзинчжоу.
Гуань Юй, согласившись с ним, отправил И Цзи и Ма Ляна с письмом в Чэнду, а сам повел войско на Цзинчжоу. Гуань Пин и Ляо Хуа прикрывали тыл.
Когда с Фаньчэна была снята осада, Цао Жэнь со своими военачальниками явился к Цао Цао и, поклонившись ему до земли, просил прощения за понесенное поражение.
– Вы ни в чем не виноваты, – сказал ему Цао Цао. – Так предопределило небо!
Он щедро наградил воинов и сам отправился в сычжунский лагерь. Осмотрев его, он сказал военачальникам:
